Книга Горечь и мед, страница 94 – Вера Рэйдж

Филипп наклонился к полу и потянул за выступающий язычок от дивана. В два счета он превратился в двуспальную кровать. И хоть Фил старался как можно медленнее раздвигать диван, слегка подвыпившее состояние помешало ему. Колесики мерзко проскользили по деревянному полу. Дорогому полу, судя по виду. Я закрыла дверь в гостиную, надеясь, что этот звук не разбудил взрослых или ребенка. Хотя вряд ли Игорь Сергеевич и Наталья уже успели уснуть.

Среди постельного белья я обнаружила также легкую розовую пижаму. Мысленно еще раз поблагодарила Наталью за заботу. Филипп уже доставал подушки и одеяло из недр дивана. Я помогла ему с постельным бельем. Все это время он молчал, шумно дыша. Затем Фил снял с себя одежду и плюхнулся на кровать в одних боксерах. Он залез под одеяло и натянул его прямо до горла. Я быстренько переоделась в пижаму и легла рядом.

— Извини, что все так спонтанно получилось. И за резкость извини. — прошептал он, лежа на боку спиной ко мне.

— Все в порядке, — я ласково погладила его по спине, — засыпай. Завтра все обсудим.

Филипп задышал ровнее. Как быстро все-таки может заснуть пьяный человек. Считанные секунды. Я потянулась к торшеру и дернула за цепочку. Переключатель щелкнул, и комната погрузиласьво тьму. Перевернувшись на спину, я уставилась наверх. За окном проносились машины с сигнальными огнями, отбрасывая свечение на потолок. Красное и синее. Я находилась совершенно в незнакомом месте. Даже до туалета боялась пройти, потому что так и не поняла, где он находится в этой квартире.

С каждым днем я узнавала Фила все больше. Раньше я и подумать не могла, что он способен на такой необдуманный поступок. Заявиться к отцу пьяным в час ночи без предупреждения! Он даже не предупредил меня. Мало того, он и слушать не хотел моих просьб не делать этого. Его резкое: “Я так решил!”, до сих пор эхом проносится в моей голове. А я и слова против сказать не смогла, а лишь покорно двинулась следом. Потому что понимала, что он в любом случае поедет к отцу. Со мной или без меня.

Не знаю сколько прошло времени, но я так и не сомкнула глаз. Лежала, уставившись в потолок. Пыталась понять, почему Филипп так повел себя. Но не находила ответа. Возможно это какая-то его сторона, которая не является такой идеальной, каким я видела его прежде? Конечно, я не считала, что случилось нечто ужасное. Это не повод злиться на него или устраивать разборки. Достаточно будет простого разговора. Я лишь в очередной раз убедилась, что люди открываются постепенно. Сначала все всегда кажутся идеальными. А потом ты начинаешь замечать трещинки, маленькие сколы и затертые неровности, которые на первый взгляд сложно заметить. И вот только тогда начинаешь узнавать человека по-настоящему.

Не в силах больше лежать, я решила украдкой пройтись по квартире. Филипп мирно спал, глубоко дыша. Вряд ли он заметит моего исчезновения. Я выглянула в коридор. Из него оказалось три пути: две запертые двери, скорее всего, там располагались спальни, и арка, ведущая в еще один коридор и на кухню. Я тихо закрыла дверь за собой и двинулась в сторону кухни. Дверь в нее была слегка приоткрыта. Единственным звуком во всей этой тишине оставался гудящий холодильник. Медленно ступая по холодной плитке, я подошла к двери на кухню и толкнула ее. Около приоткрытого окна я увидела силует. Игорь Сергеевич обернулся на мое появление. Между его пальцев была зажата сигарета, дым от которой струился в щелочку окна.