Книга Горечь и мед, страница 64 – Вера Рэйдж

— Да, — я смотрела ему в глаза.

Филипп медленно наклонился и поцеловал меня в губы.

— Сладкие, — прошептал он.

— Виноват твой мед, — шепотом ответила я и облизнула нижнюю губу. От меда она и вправду осталась немного сладкой и липкой.

— А кто говорит, что мне не нравится, — его рука зарылась в волосы на моем затылке. Он вновь прильнул к моим губам, на этот раз надолго.

Филипп торсом прижимался ко мне все сильнее. Правой рукой он аккуратно потянул за затылок, наклоняя мою голову назад. Второй он сжимал талию. Его губы нежно блуждали по моей шее, отчего по телу разливалось тепло. На каждое новое прикосновение мое тело отвечало разрядом. Вспышкой. Где-то внутри разгоралось пламя, которое я не могла потушить. Не хотела тушить. Рука Филиппа оставила мою голову, и я смогла наблюдать за его действиями дальше. Теперь он медленно расстегивал пуговки на кофте, открывая себе путь дальше. К моей груди. Очень ловко, если учесть, что онделал это пальцами одной руки. Я впилась в его губы, продолжая поцелуй. Сладкий и желанный. Сама от себя не ожидая, даже прикусила его нижнюю губу. Он начал спускаться чуть ниже, целуя сначала ключицы. Затем его губы оказывались все ниже и ниже. Он целовал мою грудь там, где ему позволил вырез на кофте. В момент я поймала себя на мысли, что хочу, чтобы он разорвал ее. Я издала тихий стон. Филипп переместил руки с талии на мои ягодицы и сжал их. Притянул к себе и вернулся к моим губам. Я почувствовала, как напоролась на что-то твердое прямо перед собой. От осознания, как он меня хочет, во мне с новой силой захлестнули чувства. Я взялась за края его футболки и потянула наверх. В два счета Фил остался с голым торсом. Он запустил обе руки под мою кофту. Поднимал их выше по телу, пока не достиг края моего бюстгальтера. Аккуратно, словно боялся спугнуть, он исследовал новую открывшуюся часть моего тела.

Его ладонь уже накрыла мою грудь и слегка сжала ее, как позади нас что-то громко зашипело. Мы резко оторвались друг от друга, тяжело дыша. От плиты густо валил пар.

— Вода вскипела. — проговорил он.

Мы одновременно рассмеялись. Филипп вытащил руки из-под моей кофты и подошел к плите. Сделал огонь потише и насыпал в кастрюлю макароны. Я поправляла одежду и застегнула несколько пуговиц на кофте. Щеки горели, сердце билось быстрее обычного. В отражении стеклянной дверцы я увидела свои волосы — растрепались, конечно же. Я спрыгнула со столешницы, подбежала к Филу и чмокнула его щеку.

— Сейчас вернусь, — протараторила я и вылетела из кухни в коридор.

Ванная комната находилась рядом, поэтому я залетела туда и прильнула к зеркалу. Пальцами расчесала волосы, как смогла. Расческу я почему-то решила оставить дома, решив, что мне может пригодиться только зубная щетка. Хорошо, что хоть ее взяла, а то пришлось бы чистить зубы пальцем, как как-то раз у Вадима. Включила холодную воду и умыла лицо, чтобы сбавить красноту. Каждый раз, когда мы оказываемся наедине, происходило нечто подобное. И это мне нравилось. Нравилось, что происходит между нами. Эта химия, физика и остальные науки, которые можно приплести. Я глупо улыбалась сама себе в отражение в зеркале и не могла поверить во все, что случилось за эти четыре месяца. Вадим, потом предательство Лизы, и Фил. Главноево всем происходящем оставался, конечно же, Фил.