Книга Не все дракону масленица, или Мамашка для близняшек. Серия 3, страница 5 – Ольга Коротаева

— Ладно, — на время отступила я. — Тогда говори, что можешь.

И пузатик рассказал, как однажды к нему явилась прекрасная элея с весьма заманчивым предложением. Гоц скупал старые полуразрушенные дома, делал всё, чтобы там было невозможно жить (травил воду, подпиливал лестницы), и предоставлял загадочной даме в полное пользование. При этом помогал с ритуалом открытия портала, а затем зарекался даже смотреть в сторону этих зданий. Липок получал за раз столько, сколько раньше зарабатывал за год, и бизнес начал процветать.

Но однажды Ральвина исчезла надолго, а когда вернулась, вела себя так, будто за ней кто-то следил, — прятала лицо и постоянно оглядывалась. Она заявилась к своему подельнику за очередным зданием и очень спешила.

— Я и предположить не смел, кого могла бояться наёмница, — выпучив глаза, прошептал Гоц. — Думал, что на след элеи вышли королевские следователи. Поэтому сначала наотрез отказался. Когда Ральвина пригрозила смертью, заломил немыслимую цену. Думал, отвяжется и найдёт другого, но она согласилась.

Он замолчал и понурился, а я подытожила:

— И не вернулась, чтобы оплатить счёт.

Вместо наёмницы перед Липоком появилась иномирянка, которая искрилась, словно новогодняя ёлка, и не могла контролировать чужую опасную магию. Разумеется, Гоц насмерть перепугался! Но почему на балу он был с Фаркассом? Жаль, что этого толстяк не расскажет, но я могла предположить, что умэ приходил к нему в поисках Ральвины. Может, девушка боялась именно Сиджи? Судя по нашей первой встрече, это вполне возможно.

— А теперь говори, что с тобой приключилось, — потребовала я. — Почему ты выглядишь как подгорелый стейк?

— Что-что? — моргнул он, и я молча кивнула на его испачканную одежду и лицо. Втянув голову в плечи, Липок неохотно признался: — Ну это… Я решил восстановить справедливость.

— И украсть деньги у женщины с двумя детьми? — вкрадчиво подсказала я.

— Нет! — вспетушился он, но стушевался под ироничным взглядом. — Я же и слова никому не сказал, а мог бы немало монеток получить за информацию. Такчто это скромная плата за молчание о твоей сути. Если кто-то узнает, что ты из другого мира…

Он многозначительно замолчал и для большей убедительности закатил глаза. Заломил руки.

— И что тогда будут делать эти бедные девочки⁈

— Не выдал ты меня потому, что ждал возвращения Ральвины и положенного гонорара, — сухо осадила я. — Погоди! Что ты только что сказал о девочках?

«Он не знает, что они тоже из другого мира?»

— Я… — начал он, но тут раздался стук в дверь.

— Госпожа Дуняша, — услышали мы голос плотника. — Мне срочно нужно кое-что обсудить с вами. Боюсь, это не терпит отлагательств. Могу я войти?

Липок вдруг побледнел и, плюхнувшись на пол, по-крокодильи заполз под кровать.

Позволить Бергжу застать в моей спальне мужчину я не могла. И дело вовсе не в боязни, что это станет известно умэ. Мне самой было бы неприятно! Поэтому скорость, с которой Гоц уполз под кровать, меня порадовала. Я открыла дверь и поинтересовалась:

— Что случилось?

— У вас всё хорошо? — Бергж смотрел поверх моего плеча, явно осматривая комнату. — Есть подозрение, что в «Ум отъешь» проник вор.

Я выгнула бровь:

— Откуда такая уверенность?

Неужели он видел, как Липок входил в дом? Я сама не была уверена, что арендодатель сделал это через дверь. Казалось, он явился из самой преисподней, что навевало мысли о портале в подвале. Я помнила, как умэ сообщил, что следователь закрыл его, но…