Книга Маринка, хозяйка корчмы, страница 63 – Ульяна Гринь

— Да.

— Что ж…

Вода снова булькнула в глубине, и мне стало страшно. Не зря он переспросил, ох не зря! Что теперь будет? Запаниковала, хотела снова позвать Эло, чтобы удостовериться в том, что он меня правильно понял, но не успела.

Из колодца ударила мощная струя воды, которая обрызгала меня, сломала перекладину, замерла на миг и обрушилась на двор.

На меня.

На всё вокруг!

Я заорала от ужаса, вся мокрая, упала на землю и ударилась сразу всем — задом, локтями, спиной… Чёрт! Сознание темнело стремительно, и я подумала, что теперь уже всё. Уже навсегда. Я наконец-то умру, боль утихнет. Последняя мысль была даже не о Таше. Я думала о Любаше, об Аллене и о корчме.

А потом погрузилась в ледяную воду, и обморок спас меня от страданий.

— Эло!

Шаг вперёд.

Вокруг темнота.

Тихо. Тепло. Сухо.

Страшно.

В ушах раздражающий писк. Ритмичный и размеренный, очень знакомый. Что же он мне напоминает?

Я зажмурилась, открыла глаза, поморгала немного. И темнота стала отступать. Её победил свет — сначала почти призрачный, неясный, потом всё ярче и ярче, и наконец он заполнил всё моё пространство. И я увидела Эло.

Он был высок, лысоват и в очках. И отчего-то в белом халате. Улыбнувшись мне, сказал тем самым голосом, который был в колодце, только совсем не загробным и не гулким, а будничным и чуть-чуть ироничным:

— С возвращением, Марина.

— Эло? — неуверенно спросила его я. Врач кивнул:

— Да, меня называют и так.

— Что со мной? Где я?

— Ты в больнице, Марина. Ты пролежала в коме почти три месяца. Ты помнишь, что с тобой произошло?

— Я попала под машину?

Удар, боль… Облегчение. Темнота и дождь… И мужчина, который отвёл меня в повозку, где сидела маленькая девочка с большими чёрными глазами.

Или этого всего не было?

Были только удар и боль, а потом темнота и больница? А Аллен с Любашей, корчма «Весёлая Саламандра», призраки, Мудрая Лиса, Зара — все они мне привиделись в коматозном сне? Но ведь я говорила с ними, обнимала Любашу, была с Алленом в постели! Я не понимала языка, пока не надела ожерелье из круглых бусин… Такое не может присниться, нет!

— Правильно. Давай-ка я проверю твои рефлексы.

Эло приблизился, вынул фонарик из кармана и принялся светить мне в глаза. Я поморщилась, непроизвольно жмурясь, и сказала недовольно:

— Ты лучше гукаешь из колодца, чем играешь в доктора.

— Ну извини, — усмехнулся он. — Это мой первый раз. Ладно, будем считать, что рефлексы в норме. Медсестра! Запишите.

Я скосила глаза. Молоденькая медсестричка только из училища старательно исполнила указание. Эло же присел ко мне на кровать, подвинул один из подключённых ко мне проводов и спросил:

— Скажи мне, ты нашла то, что искала?

— Я… не знаю, — призналась. — Это ты? Это был ты, да?

Он загадочно улыбнулся.

Да, это был он.

«— Возьми. Это поможет тебе. Это успокоит твою душу».

Но зачем? Зачем всё это, если и мир, и Аллен с Любашей, и корчма ненастоящие?

При мысли о них, о моих любимых, особенно о девочке, котораястала мне самой родной, я ощутила такую глубокую тоску, что в глазах защипало. Если бы я умерла по-настоящему, то не познала бы ничего этого. Просто меня не стало бы и всё. Но Эло, говнюк этакий, решил меня помучить перед тем, как разбудить и снова выбросить в мир, где я всё потеряла!

— Зачем? — спросила со слезами. Нет, я не стану плакать! Я не опущусь до такого унижения. Просто… Просто хочу знать. — Зачем ты сделал это, Эло?