Онлайн книга «Минни»
|
— Почему вы так и не заказали портрет вашего мужа? — краснея, спросила Гермиона. — А тебе бы этого так хотелось? — женщина вздёрнула нос, и сразу стало ясно, откуда у её сына такая привычка. — Если помнишь, на родине нас забросали камнями, и я не знаю, кто из мастеров на Косой Аллее взялся бы сейчас за такую работу… А здесь он зачем? Выражать вечное недовольство моими предпочтениями? Гермиона закусила губу. — Я по поводу Драко… Вы должны поговорить с ним, миссис Малфой. Он… ведёт себя ужасно. Женщина не отреагировала, продолжая задумчиво смотреть в трескучее пламя. Сквозь чугунную решётку на облицовку из светлого камня сыпались алые искры. Ветер взвыл в каминной трубе, унося прочь сизые клочья дыма. — Чем ты его так зацепила, Гермиона? С первого курса я только и слышу от него «грязнокровка Грейнджер». Ну и Поттера он, конечно, частенько поминал. Гермиона поморщилась, вспомнив железную хватку Драко. — Понятия не имею. Он вечно доставал Гарри, обзывал меня, задирал нос… — Ну а всё-таки? — Ну… — она нахмурилась. — Я врезала ему на третьем курсе. Он ведь тот ещё засранец… — Полегче, дорогая, речь идёт о моём сыне! О-о-о, вот оно в чём дело… Ранила, значит, его мужскую гордость, характер решила проявить. Чего же ты сейчас хочешь? — Адекватности, например! — возмутилась девушка. — Уважения! Нарцисса грустно рассмеялась. — Святая наивность!.. Ты многого не знаешь. Помнится, я как-то проходила мимо его комнаты, а сын забыл запереться. Это было в каникулы, на четвертом курсе. Драко ласкал себя, глаза были закрыты, поэтому меня и не заметил. В этот момент он представлял тебя на месте своей руки. Или в какой-то другой интересной позиции. — Почему меня-то? Может, он думал о Паркинсон?! — Я уже на пороге услышала «О, Гермиона!». Гермиона покраснела. — Это его не оправдывает! — В чём это я должен оправдываться перед тобой? Девушка обернулась. Драко со стопкой документов стоял у секретера из красного дерева и внимательно её разглядывал. Гермиона сглотнула.Она совсем не слышала, как он вошёл. «Как долго он там стоит? Много ли слышал из разговора? Плевать. Теперь Люциус не позволит ему касаться меня». Она с удовольствием отметила его бледность и тени под глазами. Хотя, возможно, всему виной был иссиня-чёрный костюм, резко контрастирующий с цветом лица. — В том, как ты ведёшь себя со мной! И не думай, будто я простила тебе Обливейт! Как только… как только клятва будет разрушена, ты понесёшь заслуженное наказание! Глаза Драко потемнели, однако, он проявил незаурядную выдержку. Отложив документы на откидную полку, Малфой медленно произнёс: — На эту тему мы с тобой ещё побеседуем, Гермиона, — от того, как он произнёс её имя, девушке стало не по себе. — Думаю, я смогу убедить тебя в обратном. Девушка хмыкнула. Мысли о Люциусе придавали сил. — Мне нужно поговорить с Гарри. Этот камин работает? Драко молча кивнул и отвернулся к бюро, шелестя бумагами. Нарцисса зевнула и поднялась. — Не буду тебе мешать, дорогая. Мешочек на полке, рядом с часами. Гермиона направила палочку на огонь. — Редуцио! Пламя сменило цвет на алый, потом на пурпурный, затем на жёлтый, и почти утихло, пригибаясь к чёрным поленьям. Она встала на колени перед камином, морщась от жара: нагретые камни припекали сквозь платье и чулки. Девушка сунула голову в очаг, затем запустила руку в сафьяновый мешочек и бросила горсть пороха, щедро посыпая горелые поленья. |