Онлайн книга «Минни»
|
— Сладкая… Только сейчас она заметила, как потемнели его глаза, как дрожат его руки, и поняла: он едва сдерживается. — Гермиона… я больше не могу… Девушка облизнула губы от предвкушения, когда широкие ладони Люциуса легли на колени и раздвинули ноги. Приятная тяжесть мужского тела опустилась сверху, и Гермиона втянула свежий будоражащий запах кориандра от его кожи. Горячая головка члена тёрлась у самого лона, и девушка двинулась навстречу, чтобы почувствовать его в себе. Но когда он толкнулся внутрь, она ойкнула и сжала его плечи: было больно оттого, что она долго не принадлежала мужчине, и Люциусу приходилось сдерживаться и входить постепенно. Он накрыл губами её рот, успокаивая, и пока Гермиона нежилась от поцелуя, принялся размеренно двигаться. Но долго осторожничать не вышло. Он забросил её ноги себе на плечи и вошёл на всю длину. Гермиона впилась ногтями в его спину и подалась назад. — Ох! Боже… Люциус провёл дорожку поцелуев от груди к шее и подбородку и поймал её губы, снова проникая языком в рот. Он качнул бёдрами, входя глубоко и медленно, так, что каждый стон Гермионы звучал в такт новому толчку. Девушка возбуждалась ещё больше от одного его жадного взгляда, оттого, что её стоны распаляют мужчину, вызывая ответные. — Я не смогу долго сдерживаться… Ты такая восхитительная!.. Мысль о том, чтобы доставить любимому удовольствие, захватила Гермиону, и она принялась двигаться навстречу. Скользя на члене, она закрыла глаза от умопомрачительного блаженства. — О, да! Да… Это заставило его потерять контроль. Люциус улёгся на неё и, до боли сжав плечи, стал вбиваться часто, хватая ртом воздух. — Ох, Люциус! Лю… Малфой обвёл её губы большим пальцем, и Гермиона вдруг облизнула его и взяла в рот, посасывая. Это пикантное зрелище вызвало у Люциуса новую волну возбуждения и стон мучительного удовольствия. Гермиона чувствовала, как мужчину потряхивает, когда он кончал, и последние толчки словно ярко взорвали всё внутри, заставляя обмякнуть. Она благодарно всхлипнула и прижалась к нему. — Я люблю тебя, Гермиона… Люблю! Признание,в порыве страсти вырвавшееся у Люциуса, оказалось совершенно неожиданным для обоих. Он внезапно сжал её в объятьях, взял лицо в ладони и осыпал поцелуями. Гермиона улыбалась. «Он вернулся! Он жив и любит меня!» — Как ты выжил? — Потом, это потом. Сейчас тебе нужно в душ. — Твой сын… — Потом, — он прижал указательный палец к её губам. — У нас теперь есть время, чтобы обсудить всё. В душе Гермиона осознала всю абсурдность ситуации. Любовник вернулся из мира мёртвых, но он всё ещё оставался любовником, а она — заложницей вассальной клятвы. Тугие прохладные струи смывали всё очарование этого чудесного утра. Вытираясь перед большим зеркалом, Гермиона приняла решение всё-таки расставить все точки над i. Сейчас, когда страсти утихли, для этого самое время. Она уже завернулась в пушистое полотенце и закрепляла его на груди, когда увидела в запотевшем зеркале отражение Люциуса. Он был обнажён и, похоже, наблюдал за ней какое-то время. Гермиона почувствовала, как горят щёки: его подтянутое тело притягивало взгляд, как магнит. И широкая грудь, и поджарый живот с дорожкой золотистых волос, и внушительных размеров член, который непонятно каким образом в ней помещался. Внезапно захотелось облизать его, и от этой мысли всё внутри сжалось. |