Книга Ева и змей-искуситель, страница 29 – Анфиса Ширшова

– Не расстраивайся, дочь, – внезапно сказал папа, сидевший во главе стола. – Я этого гада за тебя в порошок сотру. Зря он с Бодровыми связался.

Я открыла рот от удивления и попыталась подавить подступавшие слезы. Сразу почувствовала себя маленькой беззащитной девочкой.

– Спасибо, пап.

Марк Бодров, мой папа, был первоклассным адвокатом, хорошо известным в столице. Все-таки не зря родители посвятили себя карьере. Мама тоже была успешным юристом. Костик пошел по их стопам, а я… Карьеристка из меня не получилась.

– У вас отпуск? – спросила я, когда родители пили чай с тортом.

Папа с Костей переглянулись, а мама ответила:

– Ну это как посмотреть. Демин сухим из воды не выйдет, это я тебе обещаю, а значит надо над этим хорошо поработать. А папе твоему ему еще Павла спасать, так что…

– Кого спасать? – ахнула я, переводя взгляд с отца на брата.

Костик сел рядом со мной на диван и положил ладонь на мое плечо.

– Пашка просил никому не говорить. Но… Короче,ему помощь нужна. Он не может справиться с зависимостью. Те придурки обкололи его наркотой, Пашку ломает, он пару раз срывался, но просил тебе не говорить… Я его в таком состоянии находил, что самому страшно стало.

– О, боже, – испугалась я. – Ему нужно к врачу.

– Значит так, дочь, – хлопнул папа по столу ладонью. – Я в курсе всей ситуации, Костя рассказал. Пашка твой хороший парень, а то, что помощи попросил, о многом говорит. Значит, хочет выкарабкаться, хочет жить. Мы его с Костей увезем в одно местечко. Я туда на охоту ездил. Деревенька в часе езды от города. Там лес, природа, никакой наркоты – красота.

– Пап, ты что, серьезно? – возмутилась я. – Ему в клинику надо!

– Отставить!

– Папа! Ты что его там год держать будешь? – я вскочила на ноги.

– Едем на месяц, потом посмотрим.

– Ева, успокойся, – подошла ко мне мама. – Отец знает, что делает.

– Я за Павла твоего молюсь каждый день, – внезапно сказала бабушка, а мы все уставились на нее. – И ты молись.

Ситуация казалась мне абсурдом, но в тот же вечер папа, отобрав у меня «Дастер», уехал вместе с Костей. Я не выдержала и разревелась, чем напугала бабушку, а маме пришлось всех успокаивать. Безумно хотелось увидеть Пашку, обнять и забрать себе все его мучения, но он, похоже, не хотел меня видеть. Как я и боялась, он не захотел быть со мной после всего, что произошло. Но я продолжала отчаянно его любить и не знала, что можно сделать, чтобы избавиться от этого чувства. Если честно, избавиться хотелось, потому что оно выжигало меня изнутри, не находя выхода.

Я все еще была безработной, поэтому утром съездила в Пашкину мастерскую, зная, что его там нет. Николай очень мне обрадовался, а на мой вопрос, требуется ли им какая-то помощь на время отсутствия начальника, интенсивно закивал. Не знаю, на что рассчитывал Павел, бросая своих подчиненных, похоже, ему действительно так плохо, что не позаботился о делах…

Мастерскую я помогла отремонтировать на деньги, полученные от продажи картины. На деньги Родиона. Он все уничтожил, но его же средства пошли на восстановление бизнеса Павла.

Следующий месяц прошел как в тумане. Я по мере сил помогала ребятам в мастерской с договорами и организацией доставок, папа как увез Павла в неизвестном направлении, так и не появлялся. Иногда к ним ездил Костик, но у брата было много работы,поэтому находиться там постоянно он не мог. Вскоре я с удивлением узнала, что Семен Никитич принимает непосредственное участие в судьбе Пашки, тоже наведывается в деревню к ним с папой. Никто не сообщал мне никаких подробностей, но я периодически спрашивала, как у них дела.