Книга Мятежная вдова. Хозяйка швейной фабрики [Первая часть], страница 94 – Яна Смолина

— Что ж, я рад, — сказал вдруг мужчина. — Очень рад за вас, Марлен. После всего, что вам пришлось пережить в браке, нужно иметь силу воли, чтобы вновь довериться мужчине. Знайте, Марлен, я всегда готов помочь вам. И смею напомнить, вы давно не приходили на осмотр. Скажите, как ваша спина?

Поборов некоторое недоумение, я вспомнила, что в самом начале своего пребывания здесь отыскала в отражениизеркала здоровенный синяк на пояснице. Красно-фиолетовая гематома внушала ужас, а прикосновение к ней отдавалось болезненным спазмом ещё неделю.

— Всё хорошо, сеньор Ольваре, — сказала я, откашливаясь. — Почти совсем прошло.

— Рад это слышать, мадам, — мужчина улыбнулся и, щёлкнув замком чемоданчика, попрощался с нами, направляясь к выходу. Оттуда Рита проводила его до самой калитки, и весь их путь по коридору и лестнице я слышала её причитания и его успокаивающие речи.

Выходит, Ольваре знал, что муж бьёт Марлен. Но что он мог сделать? Он лечил её, а это уже немало. Ведь кто он такой, чтобы вмешиваться в семейные дела? Тем более, в дела законченного психопата, каким был Карлос Салес. Вряд ли итоги революции в Портальяно хоть сколько-нибудь укрепили позиции женщин в вопросах личной неприкосновенности. Да что там, даже в моём мире никто не спешил бросаться на помощь несчастной, над которой измывается муж или сожитель. Сама, мол, виновата. Довела до рукоприкладства.

Когда доктор ушёл, в дверном проёме возникло взволнованное лицо Анжелы.

— Что он сказал, сеньора Салес?

— Всё в порядке, дорогая. Это всего лишь сильный ушиб. Горацио нужен покой. Завтра утром мне придётся сообщить обо всём случившемся его семье.

Два изумлённых взгляда с ужасом уставились на меня.

— Какой же я дурак, — проговорил в отчаянии юноша. — Теперь всё кончено. Прости меня, Анжела. Это я во всём виноват.

Девушка разрыдалась и бросилась обнимать любимого.

Смотреть на это без слёз было выше моих сил, а потому я поспешила всё объяснить. Возможно, пожалею потом, но другого пути нет.

— Я скажу им, что Горацио приходил ко мне. Сеньора Сартаро пророчила ему брак со мной, а потому вряд ли это испугает её. Возможно, даже обрадует.

— Но, мадам, — заговорил молодой человек. — Это же немыслимо! Ваша репутация и… мы с вами не можем быть вместе.

— Мы и не будем. Но за время пока длится эта притворная помолвка, сумеем продумать ваш побег.

Лишь на следующее утро, когда после утомительного дня и насыщенного событиями вечера я поймала в отражении зеркала укоризненный взгляд Марлен, поняла, что сотворила. В желании помочь ближним я совершила две непростительные ошибки: готовилась испортить себе репутацию и пошла на поводу у излишне эмоциональных молодых людей. Ну вот куда, куда они поедут? Мы ведь живём не в двадцать первом веке относительно цивилизованного мира. Здесь женщина до сих пор бесправное существо, за судьбу которого отвечает мужчина. И если этот мужчина не имеет твёрдой почвы под ногами, то рискуют все.

Горацио сказал, что у него дядя живёт за морем, и он охотно поможет. Но что, если этот самый дядя сдаст нерадивого племянника вместе с его избранницей обратно в отчий дом? Тогда нам всем не поздоровится. Нельзя так безоговорочно доверять родственнику. Для начала нужно с этим дядей связаться и попробовать разузнать о нём что-нибудь.