Книга Коллекционер бабочек в животе. Том 2, страница 48 – Тианна Ридак

— Очень заметно?

— Нет, потому что я такое всегда вижу, но думаю, что надо ваш цвет попробовать… завтра. Пока только выпрямим волосы, хорошо?

— Как скажите, я полностью вам доверяю. Вообще поверить не могу, что так всё удачно совпало: давно к вам собиралась на фотосессию.

— Tempo al tempo — говорят в Италии, это означает «всему своё время», — ответил Ренато.

Марта не могла скрыть свой восторг по поводу нового образа. Ренато удалось создать его на загляденье всем модницам, обожающим лёгкость и воздушность. Несмотря на чёрно-белые краски платья, белоснежная кожа и чёрный цвет волос Марты стали основой, и в итоге её запросто можно было сравнить с бабочкой Меланаргией галатеей. Кадр за кадром, смена поз, мимики, жестов…

Ренато заменил фон на тёмно-синий, потом передумал и убрал всё, оставив декоративную кирпичную стену покрашенную в тёмно-серый цвет. Ему хотелось немного эротики с каплей грубости, без лишних атрибутов, лишь приглушённый свет уличного фонаря.

Ренато, не говоря ни слова, подошёл к Марте и порвал платье в районе декольте, обнажив её грудь наполовину. Тёмные ареолы сосков, сквозь дорогое белое кружевное бельё привлекли его взгляд, Марта не могла этого не заметить. Она пребывала в лёгком шоке от происходящего, но продолжала держаться, не позволяя эмоциям взять верх. Ей было интересно, чем это в итоге закончится. Ренато разорвал платье и снизу, от коленки до бедра, и попросил снять трусики.

Марта стояла босиком, в разорванном платье, с поплывшим макияжем, от того, что Ренато вылил на неё полтора литра воды из пластиковой бутылки, благо догадался и набрал тёплой. Под ноги накидал охапку искусственных разноцветных клиновых листьев, но они смотрелись как настоящая опавшая листва.

— Вам должно быть страшно, — сказал Ренато. — Нет! Стойте! Хотите выпить? Вино, водка, ликёр?

— О, нет, спасибо, дайте мне насладиться этим безумием на трезвую голову, — не успев войти в образ жертвы, ответила Марта.

Ренато одобрительно кивнул, подняв большой палец вверх и пошёл за мелом. Он понял, чего ему не хватает для полноценного кадра. Минут пятнадцать он ещё рисовал, на декоративной кирпичной стене, огромное крыло бабочки.

— А почему только одно? — поинтересовалась Марта, присев на диван и с удовольствиемзакурив. Курила она редко, только если очень нервничала или была на кураже. Сейчас же внутри неё было что-то совсем иное, не схожее ни с чем до этого по ощущениям. Позитивная энергия Ренато заполняла всё пространство вокруг, и он, определённо не был похож ни на одного из её бывших, и нынешних. Игнат вечно пребывал в прострации, в его голове масштабно строились проект за проектом, он фонтанировал идеями и напрочь забывал, что рядом есть женщина. Марта просто была, как выигранная медаль за борьбу с собственными комплексами. Она вечно говорила: «Ты сможешь!», «Ты сделаешь!», «Ты лучший!»… И у Игната действительно всё получалось, за что бы он не брался, и он считал Марту своей птицей счастья, фортуной в женском обличие, козырем при любом раскладе. Поэтому позволял ей любые безумства, любые капризы и не требовал никаких отчётов, лишь бы она была рядом.

Ренато дорисовал наконец крыло и только потом ответил, что это всего лишь отпечаток, напоминание о прошлой беззаботной жизни.