Книга Жестокий спор, страница 7 – Мария Владимирова

— Не слышу, — подходит к ней Леха почти вплотную, сгибается и заглядывает в лицо.

— Леш, ты мне всех девчонок запугал, — толкает его Лерка, но он словно статуя не сдвинешь.

— Ань, я такой страшный?

— Иди в задницу! — вдруг пищит она.

— Куда?

— Ты слышал! Отстань!

Толкает его и убегает.

— Ну ты и придурок! — рычит Лера.

— Зато вы теперь правда никуда не денетесь и ни чего не натворите, Анютка проследит.

Разворачивается и уходит.

— Вот, Леха! — топает Лерка ногой, — Испортил нам все! Ань, ладно тебе. Убогим сочувствуют, на них грешно обижаться.

Мне понравилось в клубе, хотя были моменты, особенно по началу, когда я чувствовала себя не в своей тарелке, не привычно. Очень много народу, полумрак, а в целом- прикольно.

К нам все подходят, здороваются, девочки обнимают, целуют, мальчикипросто обнимают. Для меня такое тоже в новинку.

Вдоволь надурачившись, насмеявшись и от души потанцевав, мы вываливаемся на улицу, немного охладиться. Ну и куда же без фотографий. Устраиваем себе целую фотосессию.

Я позирую, Юлька фоткает, мы с ней даже не сразу замечаем перемены в поведении девчонок. Обращаю внимание только тогда, когда Анька начинает верещать, но поздно. Мы уже в кругу парней.

Одного взгляда достаточно, чтобы понять, чья это ватага. Обвожу их глазами, пытаюсь найти главаря.

Он стоит немного в стороне, расставив широко ноги и заложив руки в карманы, смотрит прямо на меня. Черная маленькая шапка, не сдерживающая его кудрявых волос, бездонные ледяные глаза и хищный оскал. Я словно зомбирована, не могу оторвать глаз.

Не разрывая зрительного контакта между нами, Абрамов лениво начинает двигаться в нашу сторону. Чувствую каждый его шаг, понимая, что ни чем хорошим для меня эта встреча не закончится.

— Прячемся, да? — ехидно начинает он, — А может курим? Или что похуже?

— Примерные же девочки, — цокает другой, — Как не стыдно!

Мы молчим. Даже храбрая Лерка не издает ни звука. Парни делают круг Уже, мы с девочками прижимаемся друг к другу теснее.

— Ну привет, букашка, — выплевывает мне придурок, — Что-то ты слишком весело живёшь!

— А как должна? — гордо задирая подбородок, шиплю в ответ. Я привыкла себя защищать, с ним конечно не справлюсь, но все равно в долгу не останусь.

— А должна мучиться угрызениями совести! — сметая вообразимую соринку с моего капюшона отвечает.

— Где я, а где совесть, — дерзко бросаю в ответ, а у самой поджилки трясутся. Он такой громадный, не только ростом, но в плечах, жутко даже находится рядом, хотя летом может и хорошо, тень создавал бы.

Скользит по мне оценивающим взглядом несколько раз, и судя по всему, его интерес к моей персоне притупился, ожидаемо, ничего интересного он не нашел.

На доли секунды теряю бдительность, ему этого оказывается достаточно, чтобы схватить меня за капюшон и протолкнуть снежок под куртку. Трепыхаюсь и верещу, пытаясь вырваться из его лап и вытащить снежок, но все бесполезно, захват железный.

Девчонки рвутся мне на помощь, но их перехватывают.

— Никогда больше не смей мне язвить! — прошипел мой обидчика, сводя брови к переносице — Ты поняла?

— Иди в жопу! — рявкаю я, не оставляя попыток освободиться. А он взял ещё снег и повторил.

— Поняла? — пытливо спросил.

Вообще немотой я не страдаю, всегда знаю что ответить, спасибо за это десяти годам бывшей школьной жизни, но почему-то в этом конкретном случае я торможу.