Книга Большая Любовь отца-одиночки, страница 31 – Ирина Ордина

– Я вызову тебе такси. Езжай домой, Лариса.

– И что? Это все? Конец нашим отношениям?

В фойе входит мама Дашиного одноклассника, затем еще одна. Скупо улыбаюсь им, подхватываю Ларису под локоть и вывожу на улицу.

– Не устраивай сцен. Мы поговорим позже.

– Димочка, конечно, поговорим. Конечно! Я что-то перенервничала, такая тяжелая неделя выдалась.

У входа паркуется внедорожник Берестовых. За Юлей приехала няня. Раздражение на ситуацию, на что-то бормочущую Ларису, на самого себя накатывает с новой силой. Надо было бросить все на работе раньше на два часа! А теперь я пропустил весь адов праздник, да еще терплю безобразные сцены.

– Димочка, а может, и ничего, а? Я уже успокоилась, платье в химчистку сдам. Ну или выброшу, не страшно. Давай вернемся? – Лариса льнет к моему боку.

Скрипнув зубами, смотрю на экран телефона. Четыре минуты, и приедет машина. Быстрее бы. Может, попросить Сергея посадить Ларису? Нет, он с ней не справится. Еще и впрямь вернется на праздник, не дай Бог!

Наконец подъезжает такси, открываю дверь.

– Даже не поцелуешь? – задает идиотский вопрос Лариса.

– Нет.

– Но мы поговорим завтра?

– Да.

– Это ведь не конец?

– Лариса, садись в машину!

В моем голосе невольно прорезаются угрожающие нотки. Я действительно готов плюнуть и уйти, если она сию секундуне сядет наконец в это такси! Моего терпения осталось на два удара сердца. До Ларисы доходит, и она устраивает свой зад на сиденье.

– До завтра, Дим!

Ее губы дрожат, а в голубых глазах океан боли вперемешку с нежностью. Но на меня это не действует. Я захлопываю дверцу машины, сую руки в карманы и возвращаюсь в ресторан.

Я, может, и не отец года, но и на стерву Аньку не похож, никогда не поставлю секс и удовольствие выше счастья дочери.

В фойе мне приходится задержаться и с вежливой улыбкой выслушать благодарности от мам ребят. Кто из них чья, я понятия не имею. Впрочем, я и детей-то вижу впервые. Кроме Берестовой. Поэтому я молчу и многозначительно киваю, когда требуется.

На удивление, адова вечерина всем понравилась. Дети грязные, но счастливые разъезжаются по домам. Мне вспоминается наша недавняя войнушка в саду. Цветкова однозначно привносит в нашу жизнь гору изюма. Жаль, я не уверен, что это так уж чудесно.

В фойе выходит Даша, весело переговаривающаяся с подружкой. Косички ее парика связаны узлом на макушке. Теперь он напоминает облезлую шапку-ушанку. Черное платье в кремовых разводах, зато личико довольное. Ровно до того времени, пока она не замечает меня.

– Все в порядке. Провожай гостей, – как можно спокойнее говорю я.

Даша кивает, но не улыбается. Ладно. Дома разберемся. Сцепляю зубы и захожу в банкетный зал, который теперь больше похож на столовую после бомжацких похорон.

Среди всей этой вакханалии Цветкова продолжает игриво хихикать над шуточками Кира. На ее попе, обтянутой белым платьем, красуются бордовые полосы от тортовой начинки. Они почему-то особенно притягивают мой взгляд.

Хотя, вру! Довольная рожа Кира, явно пытающегося решить свои интимные проблемы за счет Цветковой, манит меня тоже. Так и хочется стереть сальную улыбочку! Но сначала я решаю вопросы с организатором.

Когда вновь оборачиваюсь на Кира и Цветкову, он уже облапывает ее за талию и что-то шепчет на ушко. Кобель-переросток! Я сам еще не разобрался с Цветочком, устроившим аццкую вечеринку. Пусть Кир держит руки подальше от этого розового сада!