Книга Клянусь, я твоя, страница 39 – Полина Эндри

Я демонстративно не обращаю вниманияна широкие бутоны тюльпанов, помещенные в прозрачную вазу на столе, глядя на Стэна. Он словно и не замечает высоковольтного напряжения, и я не могу понять, действительно ли это так. Потому что меня оно чуть не разрывает.

— Да я не только поэтому зашел, — Стэн неловко чешет затылок и, неуверенно поглядывая на меня, вдруг резко обращает серьезный взгляд к маме. — Хотел с вами обсудить кое-что.

Я случайно издаю прерывистый вздох.

Наши взгляды встречаются, и я знаю, что он видит в моих глазах. Я тебя не боюсь. Я готова прямо сейчас броситься в бой и яро отстаивать нас с Кейном, чем бы мне это ни аукнулось.

Клянусь, я готова.

На секунду прикрыв веки и дернув кадыком, будто набирается смелости перед прыжком в пропасть, Стэн с каким-то уверенным отчаянием открывает глаза. Я рвано вдыхаю и напрягаюсь каждой клеткой своего тела.

— В общем, Кимберли с недавних пропускает некоторые уроки…

— Что значит пропускает уроки? — мама охает и мгновенно бледнеет, нож вываливается из ее рук, будто ей только что сообщили о том, что я "случайно залетела".

— …Чтобы помочь мне с совместной проектной работой. Извините, наверное, стоило предупредить вас раньше.

Меня ненадолго охватывает ступор.

Я моргаю несколько раз, все никак не могу прогнать мираж, думая, а не послышалось ли мне. Глаза Стэна пересекаются со мной, и я вижу в них что-то. Разочарование, досада, ярость, на дне которых скрывается тихая, едва тлеющая беспомощность.

И я понимаю, что он не это хотел сказать. Вижу по глазам — он уже пожалел, что в последний момент решил иначе. Что же заставило тебя передумать, Стэн Дэвис?

Мама растерянно мотает головой и опускается на край стула.

— Но Кимберли мне ничего не говорила…

— Да, это моя вина. Я попросил ее никому не говорить.

— Ох, — мама явно в шоке. Ей явно тяжело подобрать слова. — Ну если так, то ладно…

Вот как. Никаких тебе нотаций, нравоучений и наказаний. Потому что это Стэн, а не Кейн. Всё просто.

— Кимберли, почему бы вам не готовиться к экзаменам вместе? — мама вдруг смотрит на меня, в ее глазах, сверкнувших каким-то странным вдохновением, все еще стоит растерянно-приятное удивление. — Стэн, ты можешь зайти к нам завтра вечером, у Кимберли как раз не предвещается дополнительных занятий.

Этого еще не хватало! Я умоляющесмотрю на Стэна.

— Спасибо, — ровным тоном говорит он, не замечая моего взгляда, и я не могу понять по интонации, согласится он или нет. — Но я не думаю, что в этом есть потребность. Мы уже закончили проект. Я лучше пойду. Спасибо за кофе, Джулия, — он встает, выдвигая стул и я слабо содрогаюсь. Меня не удивляет, что Стэн зовет маму по имени, она сама об этом просила.

Меня вдруг охватывает такое облегчение, что я боюсь, что оно будет выглядеть слишком явным. Я горжусь им. Мне действительно, искренне хочется поблагодарить его.

— Я провожу, — я подхватываюсь за ним, но Стэн резко вытягивает ладонь вверх, жестом останавливая меня.

— Не стоит.

В голосе его сталь.

Я цепенею, растерянная. Стэн выгибает уголок губ в натянутой улыбке, но она выходит какой-то слишком уж горестной. Он поворачивается спиной ко мне, широким шагом пересекает кухню и исчезает за углом.

Повисает молчание, когда за Стэном хлопает входная дверь. Мама нервно ковыряет нижнюю губу, хмуро разглядывая меня. Немного нестандартно для начала громкой ссоры, как я считаю. Не похоже на то, если бы она действительно собиралась напасть на меня с упреками. Честно говоря, это настораживает куда больше, чем любой допрос или неконтролируемая вспышка ярости. Я не знаю, какая сторона перевешивает в чаше маминого настроения и мне хочется уйти, прежде чем я это выясню. Что я и делаю, и надо сказать, у меня это почти получается.