Книга (не)верная. Я, мой парень и его брат, страница 92 – Джи Спот

— Ты серьёзно? Думаешь я с ней встречаюсь или типа того? — усмехается парень, иронично подняв бровь.

— Ну вы выглядели очень... влюбленными...

— Бред не неси, мы просто трахались, — отмахивается он, а я как всегда удивляюсь лёгкости с которой он говорит о таких вещах. — Надеюсь её брат чмошник узнает об этом...

— Понятно... Ты только будь осторожен, — тревожно вздыхаю я.

— Ой, не мороси. Ну отпиздит он меня ещё раз. Всё лучше, чем прозябать как вы...

— По твоему мы прозябаем?

— А по твоему нет? Дай угадаю, чем вы занимались вчера... Хм... Вы поели, посмотрели фильм, потрахалась, и легли спать...

— Ну, допустим, ты прав... И что с того?

— Ебать, не надо быть Вангой, чтобы знать всё о вашей кринжовойжизни...

— Зато у нас есть стабильность и безопасность, поддержка и любовь друг к другу...

— Ну да... Только друг к другу, — говорит он с явным подтекстом.

— С чего этот тон? — возмущённо складываю руки на груди.

— На какой разговор ты хочешь меня вывести? Начинаешь бесить уже, — узнаю прежнего Макара, значит он не изменился, показалось. — Если больше ничего важного для меня нет, я пойду.

— Ладно, рада была повидаться, — раздражённо бросаю я.

Его глаза сужаются в узкие холодные щёлки.

— А я то как рад... Давай до свидания...

Он разворачивается на каблуках и уходит, оставляя меня одну посреди улицы.

Накануне дня Х не нахожу себе места. Я взяла отгул на работе, чтобы провести этот день с Матвеем. Нам предстоит первая длительная разлука за последние пару месяцев, проведённые вместе. Когда все вещи собраны, мы решаем принарядиться, и сходить куда-нибудь поужинать.

Вечером, оказавшись в постели, я набрасываюсь на Матвея, как голодная львица на загнанного оленя.

— Милая, всё в порядке? — осторожно спрашивает он, когда мы мокрые и запыхавшиеся после страстного спринта лежим на влажных простынях.

— Не знаю, а ты как думаешь?

— У меня такое чувство, что ты провожаешь меня в армию, — смеётся мой мужчина. — И я должен сдать какую-то запредельную норму по сексу. Меня не будет всего пару недель. Я вернусь и всё компенсирую. Неделю проведём в постели... Я обещаю... Тебе будет больно ходить, если захочешь...

— Чёрт, это так заметно?

— Ну вообще да, я боялся, как бы ты не отгрызла от меня кусок... Какой-нибудь очень важный кусок... Тот к котому я очень привязан...

— Блин, прости. Просто я переживаю.

— Я тоже, но оно того стоит, — он на пару секунд замолкает. — Не верится, что я смогу увидеть твоё прекрасное личико...

— Откуда ты знаешь, что оно прекрасное? — усмехаюсь я.

— Мне как-то Мак рассказал... Знаешь, мне кажется, что он даже запал на тебя...

— Хм, — только хмыкаю я, слова застряли в горле.

— Ты так не думаешь? — спрашивает Матвей.

— Я ничего такого не замечала, — вру я, проклиная себя последними словами.

— Ну ладно, может показалось... Но если и так, его не трудно понять...

— Что он рассказал тебе? — спрашиваю я, поглаживая Матвея по груди, мне очень льстит этот разговор.

— Он сказал, что не видел девушки красивее тебя. А он видел, ох как много... Сказал, что у тебя полные сексуальные губы, аккуратный носик и большие глаза медово-карие...

— Ах-ах-ах, что так и сказал медово-карие? Ни за что не поверю! — смеюсь я.

— Нет. Он сказал цвета детской неожиданности, — смеётся Матвей. — Но я уловил, что это за оттенок...