Книга (не)верная. Я, мой парень и его брат, страница 113 – Джи Спот

Эти полчаса становятся самыми тяжёлыми в моей жизни. Чувствую себя преступником на лобном месте, Иудой, вероломным предателем. Матвей слушает молча с отстранённым выражением лицам, только изредка кивая. Его взгляд опять приобрел прежнюю пустоту, будто он опятьперестал видеть.

Когда я умолкаю, он молча встаёт и уходит в свою спальню, закрыв дверь. Я бы хотела, чтобы он накричал на меня, в конце концов, хлопнул этой чёртовой дверью. Но он ушёл из комнаты так, будто меня в ней вовсе не было.

"Вот и всё..."

Ещё пару минут сижу на диване, но ждать чего-то нет смысла. Уходя из квартиры братьев, я окидываю взглядом стены, успевшие стать родными. В ушах, кажется, ещё слышен лай Оскара. В ноздри, будто, ударяет запах сигаретного дыма, это Макар зашёл с балкона... А на губах ещё не остыл поцелуй Матвея.

Кладу ключи на тумбочке у входа, этот звук похож на удар судейского молотка: "Признать виновной!". Тихо прикрыв дверь, я ухожу из этой квартиры, и из его жизни.

Подошвы сандаликов звонко стучат по земле, маленькая фурия несётся ко мне, того и гляди, упадёт.

— Маша, смотри под ноги! И так все колени в зелёнке! — предостерегающе кричу я.

— Мама, можно я собачку поглажу? — лицо малышки сияет от восторга.

— Какую ещё собачку? — средито спрашиваю я, оглядываясь вокруг.

— Там у дяди собачка. Можно? Ну пожалуйста! — круглые карие глаза с мольбой смотрят на меня.

— Я тебе сто раз говорила, к незнакомым дядям даже не подходи!

— Ну идём со мной!!! Мам он сейчас уйдет. Скорее! — дочь моя не из робкого десятка, если ей что-то нужно своего добьётся.

Крохотная, но сильная ручка тянет меня в сторону аллеи.

— Ладно, пойдём, — соглашаюсь я.

Кладу недочитанный бестселлер " Любовь-слепа" в рюкзак, и иду за дочерью.

"Когда она успела так вырасти? Четыре года, как один миг...."

Дочь отпускает мою руку, и бежит к фонтану, вокруг которого расположены лавочки. Я щурюсь от солнечных бликов, пляшущих на поверхности воды.

— Мама, мама! Вон он! Можно погладить? — от нетерпения девочка подпрыгивает на месте.

Сердце делает тройной тулуп, когда я замечаю хозяина собаки.

— Разрешите ей? Собака привита и не кусается, — это же Матвей, обращается ко мне, а сам совершенно меня не узнаёт.

"Он почти не изменился за это время. Сколько ему сейчас? 32 года, да где-то так... Похоже он не понимает, кто я... ПрозопагнОзия не отступила..."

У его ног сидит подросший щенок ретривера с розовой ленточкой на шее.

— Можно конечно... Здравствуй, Матвей, — мягко говорю я.

— Простите... Мы знакомы? — ошарашенно спрашивает он.

— Да мы хорошо знакомы, были когда-то...

— Алина?! — удивлённо вскрикивает Матвей.

— Это я...

На его лице вихрем проносятся эмоции одна за другой — удивление, радость, задумчивость и укол грусти.

— Это твоя дочь? — осторожно интересуется он.

— Да...

— Так значит... Ты вышла замуж? Поздравляю! Такая славная малышка...

— Я не замужем... Да она славная, просто подарок небес...

— Так ты в разводе?

— Машуль, погуляй с собачкой, взрослым надо поговорить, — обращаюсь я к дочке, увлечённо играющей с щенком.

Малышка, нетерпеливо подпрыгивая, ведёт щенка на поводке, тот неуклюже переваливается на толстеньких лапках. Сажусь на лавочку, а Матвейрядом со мной.

— Я не буду ходить вокруг да около... Маша — твоя дочь. Сразу скажу, мне от тебя ничего не нужно. Просто, хочу чтобы ты знал, — сказала быстро, резко, будто пластырь сорвала.