Книга (не)верная. Я, мой парень и его брат, страница 106 – Джи Спот

— Стоп! — рефери останавливает бой, и под вой толпы поднимает руку Слепого вверх.

Когда белый софит выхватывает его лицо из мрака, вижу сплошное месиво из крови и лоскутов кожи. Его улыбка похожа на звериный оскал, кровь струится из разбитого носа и губ, зубы все в крови.

"О Боже!"

Кровь капает на ринг, окрашивая его в красный.

— Победа достаётся Слепому!

Ему вручают какую-то награду, которую он тут же суёт в руки одной из девчонок, заворожённо глядящих на него из толпы. Конечно ему не нужны эти титулы. Этот бой был даже не из-за денег. Он отомстил, сломал ту руку, которая убила Оскара.

Помутневшим взглядом он находит меня, и пока толпа не успела опомниться, мы убегаем из зала прочь, на свежий воздух. До последнего я боюсь, что нам не откроют двери, и придётся остаться здесь навсегда, и нас убьют или покалечат. Но секьюрити щелкает замком и выпускает нас.

На улице Макар, вдруг, сгибается пополам.

— Больно? — с тревогой спрашиваю я, пытаясь разглядеть в темноте его лицо.

— Нет блять... Приятно... Давай быстрее двигай булками, пока нам ноги не переломали, — гневно шипит он.

От этих слов мой желудок, кажется, взлетает к горлу. Макар хоть и еле ползёт, но я всё равно с трудом успеваю за ним.

— Они знают, где я живу. Домой нельзя ехать...

— Тогда ко мне? — спрашиваю я, голос дрожит.

— Ну, а куда блять? На вокзал?.. Конечно к тебе... Не тупи...

Покорно выполняю все его указания. Мою машину, к счастью, никто не обнаружил, и нам удается убраться незамеченными. Максимально концентрируюсь на дороге, стараясь не замечать хриплых стонов Макара, когда машина скачет на ухабах.

— Кровь ебашит... Мне надо где-то захилиться, — стонет он.

— Что?

— Зашиться, — поясняет он, в голосе слышу раздражение.

— Едем в больницу?

— Нет, туда нельзя... Ты это сделаешь...

— В смысле? — вскрикиваю я, сжимая руль изо всех сил.

— Ну ты же врач...

— Ветеринарный врач...

— Ну, а я, чем не животное, — усмехается Макар, удивительно, но и в таком состоянии его не покидает чувство юмора.

Он издает хрипяще-булькающий звук, который должен был быть смехом.

— Но я давно не практикую, — упрямо твержу я.

— Вот и потренируешься... Едь в свою собачью больницу...

Пытаюсь сориентироваться, как выехать к вет-клинике. Покружив по засыпающим городским кварталам, я всё-таки нахожу дорогу.

Отключаю сигнализацию, и мы попадаем в пустое тёмное помещение клиники.

— У меня могут быть проблемы... Ты это понимаешь?

— Малая, посмотри на меня... Раскрой глаза... Да ты уже по уши в дерьме. Много не потеряешь. Грязных собачьих задниц везде полно.

— Вот же гад... Выбить тебе оставшиеся зубы? — возмущённо шиплю я, озираясь по сторонам, но тут точно никого нет, кроме нас.

Провожу его в операционную и включаю свет. От ужаса закрываю рукой рот, его лицо — сплошное месиво, всё выглядит очень плохо.

— Шрамы останутся. Я не умею делать косметические швы, — в отчаянии продолжаю я отнекиваться.

— Да похер. Заштопай, чтобы не лилось.

Делаю глубокий вдох, чтобы справиться с волнением от, мысли, что сейчас буду зашивать человека. И не просто человека, а Макара. Но, несмотря на опасения, руки быстро вспоминают дело.

Спустя некоторое время у парня на лице красуются довольно аккуратные швы. Последние штрихи антисептиком, и вуаля.

— Готово, — с облегчением выдыхаю я.