Книга Одержимость Севера, страница 28 – Ира Далински

Не смотреть. Просто пройти. Он всего лишь гость. Скоро он уйдет. Да?

Но когда разворачиваюсь к кухне, путь лежит прямо мимо их столика.

Катя что-то язвительношепчет, ухмыляясь, а Север…

Сидит. Молчит.

Смотрит сквозь меня.

Делаю шаг, потупив глаза и вдруг его стул с грохотом отодвигается.

— Я передумал отпускать.

Слышу я прежде, чем мир переворачивается с ног на голову.

Буквально.

Мои бедра внезапно сжимает стальная хватка, земля уходит из-под ног, и через секунду я уже вижу пол ресторана, болтаясь вниз головой через его плечо. Стоит ли радоваться, что в моих руках сейчас ничего нет?

— ЧТО ПРОИСХОДИТ⁈ — мой голос звучит дико, руки инстинктивно цепляются за его мощную спину.

Брюнетка вскакивает, опрокидывая стул:

— Север, ты сбрендил⁈ Это же просто официантка!

Он игнорирует её, шагая к выходу.

В зале — хаос.

— Вызовите полицию! — кричит кто-то.

— Да это же Север Морозов… — в ужасе долетает до меня голос нашего бармена.

Я бью кулаками по его спине:

— Пусти! Ты похищаешь меня с работы? Снова? Я не твоя вещь!

Но он лишь сильнее прижимает меня, одной рукой открывая дверь.

— Заткнись, Влада, пока я не передумал и не бросил тебя в машину как мешок.

Конечно, я замолкаю, потому что он так и сделает. Нет сомнений! Да и бесполезно ему сейчас что-то говорить, мужчина явно не в себе. Стал бы он иначе похищать девушку средь бела дня, закинув на плечо, как добычу варвара?

Его девушка выбегает следом, хватает Морозова за рукав:

— Ты мне всё объяснишь! Папа узнает!

Север останавливается.

Поворачивается.

И говорит совершенно спокойно, что никак не укладывается с текущей обстановкой:

— Передай Старику — жениться я буду. Но не на тебе.

Её губная помада трескается от того, как широко открывается рот.

— Ты не можешь бросить меня…

Но он уже поворачивается, неся меня к черному внедорожнику, где ждёт знакомый амбал с открытой дверью.

— Всё по плану, босс?

— Не совсем.

И он бросает меня на заднее сиденье так, что у меня перехватывает дыхание. И это называется мягкой посадкой?

Захлопывает дверь.

И я понимаю — игра закончилась.

Более того…

Он никогда не играл в догонялки.

Он просто дал мне фальшивую фору.

Чёрный салон. Кожаные сиденья. Запах дорогого табака и его духов — тёмных, древесных, таких же неумолимых, как он сам.

Машина резко трогается с места, и я откидываюсь на спинку, цепляясь за подлокотник. Сердце колотится так, что кажется, его слышно даже сквозь рёв двигателя.

Зачем?

Этот вопрос пульсирует в висках.

На что ты теперь решился, Север?

Я поворачиваюсь к нему, сжимая пальцы в кулаки.

— Объясни! — мой голос звучит хрипло, почти чужим. — Что это за цирк? Ты пришёл со своей… со своей девушкой, а теперь… что, передумал⁈ Спустя три месяца?

Он молчит, глядя в окно, профиль резкий, словно высеченный из камня.

— Ответь, чёрт возьми! — я бью ладонью по его плечу, и звук получается глухим, беспомощным.

Амбал на переднем сиденье напряжённо кашляет, делая вид, что не слышит.

Север медленно поворачивает голову. В его глазах — не раздражение, не гнев…

Что-то другое.

— Ты до сих пор не поняла, звёздочка?

Я не могу дышать.

Не могу думать.

Почему?

Почему мое тело предает меня каждый раз, когда он рядом? Сердце бьется так, будто пытается вырваться из груди, а в животе этот предательский жар, разливающийся по жилам.

— Поняла⁈ — истерика подступает к горлу, предательски сжимая голос, так что я даже не обращаю внимание на его ласкательное обращение. — Поняла, что ты играешь со мной, как кошка с мышкой! Что я для тебя развлечение!