Книга Комната в Амстердаме, страница 3 – Ира Далински

Иногда, когда накатывало вдохновение, бренчал на гитаре. Энергия так и била из него ключом. Он метался по кухне, предлагая мне то одно, то другое. И я даже благодарна ему за эту заботу, ведь в такую мерзкую погоду я бы не рискнула выйти на поиски еды.

Исподтишка разглядываюего лицо, усыпанное легкими веснушками, и поражаюсь его неиссякаемому оптимизму. За эти полчаса он вылил на меня столько слов, что хватило бы на неделю. И чай все подливает и подливает. Мочевой пузырь столько не выдержит!

Мне чужда такая открытость. В Москве все иначе. Люди закрытые, всегда куда-то спешат, злые. А Люк словно с другой планеты. И я, обычно такая сдержанная, впервые за долгое время чувствую какое-то щемящее, легкое волнение.

Я сижу на кухне, пью чай и нервно пролистываю презентацию для завтрашних переговоров.

— А ты надолго в Амстердам? — все это время Люк рассказывал о чем-то своем, и только сейчас до него дошло поинтересоваться у своей новой соседки.

— На две недели.

— А-а, — тянет он, кивая, и завитушки на его голове смешно подпрыгивают.

— На конференцию приехала?

— Что? На какую конференцию? Я работаю личным помощником у одного бизнесмена.

— Вау, — улыбается во все тридцать два зуба, а я как завороженная смотрю на его белоснежную улыбку.

— Я могу показать тебе город, когда ты будешь свободна от работы.

— Спасибо, — вяло отзываюсь я, подозревая, что он, как гид, просто набивается в клиенты. — Не думаю, что у меня найдется время на экскурсии.

— Как скажешь, — пожимает плечами, будто и не ждал другого ответа. — Но, если что, обращайся.

— Угу, — пользуясь случаем, решаю попросить Люка об одной услуге. — Ты не мог бы помочь мне найти другое жилье? Не пойми меня неправильно, — тороплюсь добавить, видя, как улыбка моментально сползает с его лица. — Просто я не рассчитывала делить квартиру с кем-то. Тем более с мужчиной.

— У тебя какие-то предрассудки относительно гендера?

Вот черт, точно, европеец! Все воспринимает в штыки.

— Нет-нет, что ты! — выдавливаю улыбку, пытаясь скрыть нарастающую нервозность. — Я просто ошиблась. Вместо квартиры сняла комнату. Мне важно личное пространство. И я не хочу, чтобы…

Замолкаю, не находя слов. Стоит мне высказаться прямо, и я точно обижу этого парня с кудряшками, которым позавидует любая овечка на лугу.

Тяжело вздыхаю и, взяв кружку с остывшим чаем, несу ее к раковине и мою.

— Спасибо за чай. Мне пора спать. Завтра рано вставать, — бросаю Люку, который все еще застыл с огромной, почти пивной кружкой в руке.

Вытираю руки полотенцем и направляюсь к выходу, как вдруг слышу в спину:

— Все занято.

Недоуменно оборачиваюсь.

— Я говорю, что из-замеждународной медицинской конференции практически все свободные места заняты. Ты вряд ли найдешь что-то лучше этого, — обводит он кружкой в воздухе, словно предлагая смириться.

— Ясно, — поджимаю губы, и, бросив на него быстрый взгляд, желаю спокойной ночи и ухожу к себе.

Запираю дверь на ключ. На всякий случай подпираю ее спинкой стула, чтобы уж наверняка.

Настраиваю будильник и с тревожным сердцем проваливаюсь в сон. Завтра будет тяжелый день.

Первые дни протекли в ледяной вежливости. Я, словно натянутая струна, охраняла свои границы, а Люк, казалось, находил злую потеху в моем раздражении.

Каждое утро, когда я, едва проснувшись, собиралась на работу, он нарочито оглушал тишину музыкой, словно издеваясь над моим сонным смятением. Шесть утра!