Книга Презумпция виновности. Часть 2. Свой среди чужих, чужой среди своих, страница 65 – Макс Ганин

Довольно быстро ему стало понятно, что Гриша Тополев мучается от скуки и безделья, сидя в отряде. Многолетний опыт подсказывал, что это может стать бомбой замедленного действия, поэтому заключенного нужно было срочно выводить на работу, где он смог бы выпустить пар и временно успокоиться. Валера вызвал к себе Григория и Иосифа, который тоже оказался безработным после разгона цеха по производству носков, и предложил им вместе прогуляться на промку. Там они зашли в швейный цех, где Валерий Викторович пользовался огромным авторитетом у начальника — майора Геннадия Валентиновича — и вольнонаемного мастера Николаича. Он попросил трудоустроить своих подчиненных, несмотря на прошлые запреты оперчасти в отношении как Тополева, так и Кикозашвили.

Начальник цеха вызвал к себе бугра[48]Кибу — бригадира швейки, чтобы переговорить и протестировать новеньких на профпригодность. Иосиф как возрастной человек и потомственный грузинский аристократ не смог даже вставить нитку в иголку швейной машинки. Григорий, напротив, довольно легко справился с тестовым заданием Кибы, чем вызвал у него уважение. Доложив о результатах тестирования руководству, Киба порекомендовал взять Гришу на работу, а с Иосифом пока подождать. Иванов поблагодарил своих близких знакомых и повел подопечных на первый этаж в сварочно-сборочный цех. Договорившись о выходе Иосифа на работу резчиком металла, он познакомил их с Банкиром — заключенным, занимающимся оформлением рабочих карточек и следящим за начислением трудовых часов. Он по приказу старшего офицера по промышленной зоне оформил Тополева и Кикозашвили на работу. Так, в обход оперов, разного рода лоббистов и решал, отрядник всего за несколько часов закрыл вопрос с трудоустройством Григория, который был не в состоянии решить никто в этом лагере уже более трех месяцев.

Причина, по которой Гришину проблему так быстро закрыли в обход оперативной службы, к вечеру стала понятна. В отряд пришел Переверзев и рассказал все последние новости и сплетни.

— Да им сейчас просто не до тебя! — прокомментировал он рассказанную Тополевым новость о назначении на швейку. — Сегодня утром ФСБ совместно с собственной службой безопасности ФСИН на проходной колонии взяли опера Сорокина. Он пытался пронести в зону двадцать семь мобильных телефонов, сорок сим-карт, героин и кокаин. А после обеда приехала спецбригада из управления с аппаратурой и «взорвала» седьмой отряд: все полы у них поотрывали, всю жилку перекопали. Выгребли все, что только можно было, начиная со спортивной одежды и заканчивая телефонами. Троих, что дурь Сорокину заказали, отвели на вахту в отстойник и там дубинками так отхерачили, что пришлось в больничку отвезти. Так что Валера вовремя подсуетился и в приказ вас с Иосифом внес — теперь не вычеркнут.

На следующий день Гриша вместе со всеми работягами стоял в строю на плацу и ждал выкрика своей фамилии. Услышав заветное слово, он, как и все остальные, громко продекламировал имя и отчество и прошел к воротам, отделяющим промку от жилки. Там сотрудники администрации поверхностно ощупывали проходивших на работу зэков на предмет проноса запрещенки. После шмона Григорий вместе с Кибой, который взял над ним неформальное шефство по просьбе Иванова, прошли к бетонно-кирпичному зданию цехов и по довольно крутой лестнице поднялись на второй этаж в швейный цех.