Онлайн книга «Искатель, 2006 № 09»
|
Мягкая музыка ласково обволакивала гостиную… Она дополняла негромкий говор гостей и то усиливалась легким прибоем, то стихала. Представительная дама наклонилась к уху своей соседки. — Соню недавно встретила, — сообщила она и ехидно прищурилась. — Снова принялась мне свои обиды на Макса изливать! «Как он мог семью оставить?» Сколько лет уж прошло, а все не успокоится никак! Так и не поняла, что Макс не на ней женился, а на пятикомнатной квартире в районе Чистых прудов. Да и тогдашнее положение ее папочки влюбленность Макса весьма подхлестнуло… А она до сих пор в свое обаяние верит! Ох, женщины! В зеркало бы посмотрелась… И Илью не пустила на юбилей. А ведь Макс сына не забывал никогда. И здесь помог устроиться… Завистники всякое болтают, а он человек по-своему порядочный! — «Порядочный!» Как же… — худосочный зять дамы, сидевший тут же, саркастически фыркнул и беззвучно выругался. — А ты, Эдик, не вмешивайся! — Дама отвернулась к соседке и еле слышно посетовала: — Предупреждала Беллочку: «Эдуард — неподходящий для тебя человек!» Журналистик… Писал про соцсоревнования да про удои! Вот теперь сам соревнуется с другими уборщиками — кто быстрее пол в супермаркете вымоет… Макс ему какую-то работу предлагал, так наш чистоплюй отказался. Представляете?! «Это против моих моральных устоев», — заявляет. Моралист занюханный! И молчит ведь — что за работа такая… — Господа! — Худой усатый мужчина с усилием собрал воедино резво разбежавшиеся пьяные мысли и торжественно поднял рюмку с коньяком: — Я хотел бы провозгласить заключительный тост в честь нашего дорогого юбиляра! Макс! Ты человек незаурядный! Хоть институт и не окончил — дела давние, глупость молодая, — но это неважно… Ведь твоя хватка, энергия… Жена усача резко ударила его по ноге острой шпилькой каблука. Макс, холодно прищурясь, ощупал взглядом говоруна. Тот закашлялся, уставился на рюмку и уже менее патетически продолжил: — В Москве у тебя бизнес хороший был — жаль, что свернулся… И здесь все пять магазинов работают, ресторан процветает! И дополнительный источник открылся… — Получив еще более ощутимый удар — уже под коленку, — усач совсем смешался и фальцетом выкрикнул: — За тебя! — За тебя, Максик! — молодая, яркая, как тропический цветок, женщина, подняла над столом рюмку с малиново-красным ликером. Золотой браслет на белоснежной руке сверкнул резными гранями, лучась вкраплениями вспыхнувших бриллиантов. Изумрудные глаза многозначительно и ласково прошлись по лицу юбиляра. Ее спутник, смуглый парень с жестковатым, замкнутым лицом сжал в кулаки лежащие на коленях руки. На низком лбу набухла, беспокойно пульсируя, синеватая жилка. Субтильная, похожая на отощавшего к весне зайчика девушка сокрушенно покачала головой. Она нахмурилась, отчего лицо ее, от природы невзрачное, еще больше подурнело. — Зря Алина высовывается… — шепнула подруге. — Ида и так вся кипит с тех пор, как Макс нашу красотку секретаршей сделал. Не верит она в их «чисто рабочие отношения». Ида — она, знаешь, щебечет, как птичка: «Девочки, лапочки…» А коготки у нее — ох, железные! Обид не прощает — будь уверена! Алинке бы сидеть тише воды, ниже травы, а не выступать… Да и Гарик, смотри, весь насупился… — Да он вечно такой, как не проспался… Скучный, угрюмый! И что Алина в нем нашла? Нет, Полинка, я этого не понимаю! С ее внешностью можно и повеселее парня найти… |