Книга Физрук: на своей волне 8, страница 90 – Валерий Гуров

— Вот ваш заказ.

Я взял коробку в руки и удивился тому, насколько она лёгкая. По размеру — почти как телевизор, а по весу всего килограмма три.

— Спасибо, — сказал я.

— Обращайтесь, — ответил парень и захлопнул багажник.

Я кивнул ему на прощание и сразу направился обратно внутрь. Коробка была неудобной, но лёгкой, и мне хотелось верить, что внутри неё лежит то, что они надолго запомнят.

Вернувшись в спортзал, я поставил коробку на пол, и ребята моментально окружили меня плотным полукругом.

— Так, спокойно, сейчас всё увидите.

— Что там?

— Узнаете, — ответил я и посмотрел на Кирилла. — Подойдёшь? Открой.

Кирилл опустился на корточки и попытался оторвать скотч руками. Скотча было столько, будто коробку готовили к полёту в космос. Но и Кирюха был пацаном предприимчивым — он попросту перекусил скотч.

Крышка коробки поддалась, и пацан заглянул внутрь. На секунду он замер, а потом лицо Кирилла расплылось в такой широкой улыбке, что всё стало ясно без слов.

— Вы серьёзно? — выдохнул он, протягивая руки внутрь.

Кириллвытащил из коробки футболку и развернул её перед собой. На груди чёрными буквами было напечатано: «Вперёд, 11-й Д». Кирилл перевернул футболку — на спине крупно читалась надпись: «Самый лучший класс». Ниже была его фамилия.

Шум поднялся сразу со всех сторон.

— Там всем есть?

— Дай сюда!

— Серьёзно, с фамилиями?

Ребята потянулись к коробке. Футболки разлетались по рукам.

— Смотри, смотри, моя! — кричал Биба, разворачивая майку перед Бобой.

— У меня тоже есть! — отвечал тот, смеясь.

Футболки надевали прямо поверх одежды, не думая о том, как это выглядит. Белые футболки быстро заполнили пространство, превращая разношёрстный класс в нечто единое и неожиданно цельное.

— Давай фотку! — крикнул кто-то сзади.

Через минуту телефоны появились почти у всех.

— Подвинься! Я не помещаюсь! Давайте ещё одну!

Щёлканье камер и короткие вспышки заполнили зал. Ребята выкладывали сторис и переснимали неудачные кадры.

В этот момент мои ученики были по-настоящему счастливы.

Я же стоял чуть в стороне и наблюдал за этой суматохой, чувствуя удовлетворение. Вот так, оказывается, мало нужно для счастья подчас. Да, пацанам уже было по восемнадцать. Формально они были взрослыми, с обязательствами, которые жизнь начнёт выдавать им пачками уже совсем скоро. Но сейчас, в этот момент, передо мной стояли дети. Настоящие дети, которые радуются своему имени на спине так, будто получили билет в большое будущее.

И, наверное, именно ради этого всё и стоило начинать.

Я дал им несколько минут, а потом хлопнул в ладони. Звук разнёсся по залу и собрал их внимание обратно ко мне. Телефоны опустились, разговоры стихли, и пацаны снова выстроились полукругом, но уже в одинаковых майках, которые делали их настоящей командой.

— Слушаем внимательно! Выезд на олимпиаду завтра рано утром. В семь тридцать мы выезжаем, это значит, что к семи пятнадцати вы уже стоите у крыльца. Без опозданий, мужики. Опаздывать на олимпиаду нельзя. Поэтому проверяйте будильники сегодня вечером.

Кстати, формально список участников олимпиады следовало согласовывать с директором. Но после нашего последнего разговора с Лёней он ушёл на больничный. Версия с внезапным высоким давлением звучала официально и удобно, но я слишком долго жил среди людей, чтобы верить в такие совпадения. Леонидбыл человеком осторожным и достаточно умным, чтобы услышать моё предупреждение.