Книга «Морская ведьма», страница 133 – Алистер Маклин

Один по небрежности пущенный лучик света, одна бездумно зажженная спичка или огонек на кончике тлеющей в темноте сигареты – и весьма вероятно, что вас уже засекли в перископ подводной лодки или с носа торпедного катера.

А этот корабль светился – и не одним даже, а буквально сотнями огней. Как будто часть иллюминации Блэкпула перенеслась единым махом в центр пролива. Все заслонки для затемнения были убраны, и за иллюминаторами включили свет. Огни сияли на палубе и надстройках. Свет заливал мостик. Мощные прожекторы высвечивали название судна и знаки государственной принадлежности, нарисованные по обе стороны корпуса, и большой флаг, изображенный на палубе. И в довершение всего еще два прожектора были направлены на развевавшийся высоко над кормой триколор.

Ночь выдалась довольно спокойная, небо было ясное, видимость хорошая, и ярко освещенное судно было хорошо видно на площади не менее пятисот квадратных миль и в десять раз большей для любого пролетающего над проливом самолета.

Судно, называвшееся «Мекнес», принадлежало компании «Дженерал трансатлантик», и у него были веские основания для такой откровенной саморекламы. По крайней мере, так тогда представлялось. «Мекнес» направлялся из Саутгемптона в Марсель с тысячей ста восьмьюдесятью французскими военно-морскими офицерами и матросами, в основном резервистами, служившими на французском линейном крейсере до поражения Франции, а затем доставленными в Великобританию. Пробыв там какое-то время, они решили вернуться на родину. Марсель в то время формально был нейтральным портом, и репатрианты не считались комбатантами; французское правительство Виши во главе с престарелым маршалом Петеном только что заключило сепаратный мир с Германией. Таким образом, французские репатрианты имели нейтральный статус, и им предоставлялась защита, предусмотренная международным правом для таких лиц. Соответственно, британское правительство проинформировало Виши о предстоящей репатриации и передало инструкции для германской стороны с просьбой предоставить документы, гарантирующие безопасное передвижение. Британцы обещали принять меры предосторожности, чтобы никто не мог ошибиться в идентификации перевозящего французов судна.

Лайнер вышел из Саутгемптона в 4:30 пополудни, миновал остров Уайт и двигался по Ла-Маншу со скоростью в пятнадцать узлов. И ошибиться в идентификации «Мекнеса» было невозможно.

Первые несколько часов все шло хорошо, и даже те, кто беспокоился больше других, начали успокаиваться, проникаясь уверенностью, что гарантии безопасного прохода соблюдаются. В 10:30 вахтенный офицер услышал рокот мощных двигателей. Ослепленный ярким светом собственных огней «Мекнеса», он не смог разглядеть даже силуэт судна, но по высокому кильватерному следу и характерному звуку двигателей предположил, что это быстроходный германский катер, патрулирующий воды пролива. Вахтенный сразу же снял трубку, чтобы доложить ситуацию командиру «Мекнеса» капитану Дюлроку, но не успел и слова произнести, как катер открыл плотный огонь из пулеметов – по надстройке, палубе и левому борту.

Не обращая внимания на свистящие вокруг пули, расплющивающиеся о стальные переборки и со злобным визгом рикошетящие в темноту, капитан Дюлрок бросился на мостик. Он все еще верил в полученные гарантии и полагал, что случившееся – ошибка в идентификации, которую легко можно исправить.