Книга Рассказы 39. Тени демиургов, страница 56 – Сергей Пономарев, Юлия Рей, Мария Юлюгина, и др.

Из груди вырвалось протяжное «ля-я-я». Поиски смерти Кащеевой грозили затянуться.

Искать зайца мы решили с помощью блюдечка с голубой каемочкой. Точнее, я решила. Йохану эта идея не понравилась еще по дороге из аэропорта. Открыто он не возражал, но, похоже, относился к староверам – тем, кто считает, что чуждая магия может навредить исконной, а то и какой-нибудь Рагнарек вызвать. Однако других предложений у Йохана все равно не нашлось, так что мы купили яблок и взяли направление на мою съемную квартирку: через дорогу с аллеей, по парку вдоль укрытого еловыми лапками розария, налево у спущенного фонтана и мимо пиццерии, кабинета стоматолога и агентства недвижки к желтому пятиэтажному домику среди десятка подобных.

Квартира на третьем этаже встретила нас серостью и тишиной. Оставив в узеньком коридорчике верхнюю одежду и шопер, я сразу занялась важным делом: включением десятка светильников, дабы случайно об эти самые светильники не споткнуться и не убиться. Модные лампочки под старину подсвечивали лишь углы да стены, а нормальный верхний свет почему-то отсутствовал. Точнее, крючки, розетки и выключатели под него имелись, а вот сами лампы – нет.

За полупрозрачной шторкой, номинально отделявшей спальное место от остальной гостиной, зевнули:

– Ва-а-ась, тебя только за смертью посылать! – Черный кот сладко потянулся на светлом покрывале в мелкий цветочек, спрыгнул с высокого матраса на пол и флегматично добавил: – Ой, кажется, уже послали.

Распушив хвост, Сема неторопливо скрылся в темном коридоре. Прошедшего мимо Йохана он проигнорировал. Я вздохнула и включила большую семиконечную звезду на окне. Внутри белой картонки загорелась малюсенькая лампочка, подсветившая дырчатые узоры на поверхности украшения. Красиво. Очень! Но источник света, как и все остальные, никудышный. Я риторически поинтересовалась:

– Вот как можно в такой темени жить?

– Зато уютно, – заметил нэккен, с любопытством оглядывая маленькую комнату, вмещавшую в себя матрас, диван, две тумбочки, журнальный столик и кучу светильников. – Ты свечи зажигать не пробовала?

Йохан будто бы снова надо мной издевался, но на этот раз я решила не спешить с выводами. Нэккен сел на светлый диван, перегнулся через подлокотник, открыл дверцу тумбочки.

– О! Я же говорил! – Радостно улыбаясь, он вытащил и продемонстрировал вскрытую упаковку закрученных белых свечей. – Вон те вазочки на подоконнике как раз для них!

Я посмотрела на пяток керамических подсвечников, потом перевела взгляд на картонную звезду над ними.

– Ну да… если мы пожар сейчас устроим, то тут точно станет светлее.

– Ва-а-ась, – донеслось из коридора под шуршание пакета, – тут одни яблоки да наряды твои. А еда где?

– Ой! Прости, Сем, – воскликнула я, понимая, что серьезно облажалась. – День тяжелый. Зайцев много. Голова кругом. – Я торопливо расстегнула чемодан в углу под торшером и достала блюдечко с голубой каемочкой. – Сем, а давай мы тут быстренько яблочко катнем, где зайца искать посмотрим, и я сразу же сбегаю тебе за курочкой!

Кот вернулся в комнату, сел на ковер между плетеной лампой и стеклянным журнальным столиком и выдал равнодушное, но громкое и басистое:

– Жра-а-ать, дайте жра-а-ать!

– Ну Сем…

– Жра-а-ать!

– Ну пожалуйста…

Кот поднялся и завел хоровод вокруг столика: