Онлайн книга «Рассказы 32. Ложный след»
|
Она при нем отпросилась у Светы и заставила Максима в трубку подтвердить, что они идут в больницу. Если уж Максим что-то говорил, он это делал. Пришлось вызвать такси, и уже через полчаса, благодаря настырной Тане, отказавшейся получать талончик в регистратуре, они ворвались в кабинет Евгения Петровича. Максим начал было извиняться: врач все-таки чаевничал, когда Таня на него набросилась. Тот даже пряник уронил, руки перед собой щитом выставил и все повторял и повторял: – Женщина, ради бога, успокойтесь. А она, не слыша его, путанно объясняла, что случилось с Максимом. Когда закончила, дышала как разъяренный бык и смотрела на доктора до того требовательно и сердито, что он пообещал немедленно принять ее мужа и проследить, чтобы сегодня же Максим сдал все анализы и завтра же ― нет, сегодня же ― получил результаты. Расспросив Максима, Евгений Петрович выписал ему десяток талончиков. Через два часа пыток Максим узнал, что полностью здоров, как и паук внутри него. – Но почему же мне так больно? ― спросил Максим. Евгений Петрович пожал плечами и, поймав хмурый взгляд Тани, поспешил добавить: – Честное слово, Татьяна, не знаю. Такое бывает, конечно, ваш муж не первый с этим сталкивается, но мы ничем помочь не можем. Это либо проходит, либо нет. Можете в Четвертую лабораторию сходить, обычно мы с подобными проблемами туда направляем. Никто не разбирается в гарлеях лучше гарлеологов. * * * В кабинет к Аврелию Леонидовичу ― гарлеологу ― Таню не пустили. Максиму пришлось зайти одному. Просторное помещение встретило его стенами, украшенными плакатами, чертежами и крупным, с ватман, черно-белым портретом Георгия Гарлицкого ― генетика, который создал гарлеев. За столом сидел худосочный мужчина в халате и жевал колпачок от шариковой ручки. Перед ним в террариуме ползала мохнатая гусеница размером с банан. – Здравствуйте! ― сказал Максим. ― Я… – Красавица, а? ― Аврелий не сводил глаз с насекомого. ― Уникальнейшая особь. Потенциально столько пользы может принести! Мы сейчас ее тестируем, возможно, вскоре это чудо будет у каждого. Максим кивнул, не особо заинтересованный. – Я Максим Шалтыков. В приемной сказали, что… – Знаете, что она умеет? Готов поспорить, что не знаете. Но я вам покажу. ― Гарлеолог постучал пальцем по стеклу террариума. Гусеница подняла голову. ― Прелесть, а? Она и не такое может. Дмитрий Федорыч, как у вас дела? Максим не сдержал смешка. Так глупо было называть гусеницу по имени и отчеству, так не по-взрослому. Но когда насекомое ответило мужским басом и попросило Аврелия больше не звонить и не отвлекать от работы, Максим сообразил, что стоит с открытым ртом. – Да-а-а, ― протянул гарлеолог, ― впечатляет, правда? Есть еще над чем работать, но эта кроха в будущем подарит нам беспроводную связь. – Но ведь есть смартфоны. Они же удобнее. – Бросьте, в начале двадцать первого века люди верили, что человек со временем станет наполовину роботом. Искусственные органы, чипы… И где все это сейчас? Сердце заменяем пауками, в разработке жук, способный выполнять все функции печени. Будущее не за роботами, не за техникой, а за биологией, уважаемый, за биологией! – К слову, о биологии, ― сказал Максим. ― Я… – У вас проблемы с гарлеем, знаю. Рассказывайте, а я пока нашей девочкой полюбуюсь. |