Онлайн книга «Рассказы 31. Шёпот в ночи»
|
Наверное, Игорь Евгеньевич сталкивался и с людьми наподобие отца. Возможно, даже умел им помогать. Но отца не мучило чувство вины, когда он вернулся из горячей точки. Его мучило то, что ему никто не был за это благодарен. – Я верю. – Добродушная улыбка появилась на лице психолога. – Я тот человек, который тебе верит. Поэтому ты можешь рассказать мне все. Понимаешь? Твои переживания отгораживают тебя от мира. Ты заперся в свою боль, как… как в клетку. Позволь помочь тебе освободиться. Расскажи, что тебя так тревожит… Артем глядел стеклянными глазами в потолок. Старался дышать глубже и ровнее, боролся с тошнотой и желанием заплакать. В груди проснулся теплый огонь надежды, мелькнуло огненное крыло. Захотелось все рассказать этому мужчине с мягким голосом и теплой улыбкой. Ведь он верит… – …если ты откроешь эту клетку, то сможешь вернуться. К семье, к друзьям. К учебе – говорят, у тебя упала успеваемость… Насколько мне известно, тебе раньше нравилась математика? Стало легче. Воздух наполнил легкие, стены отступили, утихал шум в ушах. – Нравилась, – прошептал Артем. Игорь Евгеньевич встал и начал ходить по кабинету, подчеркнуто не глядя на мальчика. Будто оставляя его наедине с размышлениями. Бросил в пространство, обращаясь к стенам: – Хочешь наверстать упущенное? – Х-хочу. – Расскажи, что тебе снится. – Мне… Плач Лены. Долгий, надрывный плач. Бетонная пыль, рыжеватая в закатных лучах, запах плесени и крови. И звук, с которым ломается мир. Звук, от которого слабеют ноги и хочется кричать. Глухой шлепок, смешанный с хрустом костей. Вот, что ему снится. А потом он шагает в тот проем и падает, падает, падает… – Не торопись, подумай… Выскажи все, что на душе. Тебе станет легче – начнешь высыпаться… – Монотонная речь психолога ни капли не помогала успокоиться. – Легче будет сконцентрироваться на уроках, закончишь год на одни пятерки, как раньше… Артем сжал кулаки, салфетка промокла насквозь. Он попытался сказать, но получались лишь судорожные вдохи – он держался изо всех сил, чтобы не расплакаться. А стены снова сдавили его. – …Начнешь хорошо питаться, это полезно растущему организму. И мама перестанет переживать – подумай о ней. Как ей сейчас тяжело… Перед глазами встало сморщенное горем лицо матери. А за ней – хмурая, каменная морда папаши. Он узнает. Если рассказать, как все было, он узнает. И точно его убьет. Дверь клетки снова захлопнулась, едва приоткрывшись. На этот раз ключ сломан в замке – уже не отпереть. Затих прощальный клекот феникса, сгоревшего навсегда. Пока психолог продолжал свой гипнотический монолог, глядя в противоположную стену, Артема трясло. Он поднял взгляд к потолку и судорожно всхлипнул. С сипением всосал воздух ртом, оттянул ворот футболки. Кабинет мутнел в глазах, в голове шумело – и сквозь шум доносился плач Лены. – Что случилось? – обернулся Игорь Евгеньевич. – Я… Ее… Не убивал! – закричал мальчик в истерике, срывая голос. – Не убивал! Не убивал ее! Я не убивал!.. * * * Старые раны заныли вновь. То, что давно было закрыто в глубинах памяти, стало биться о стены. Артем сидел на коленях перед зеркалом и плакал. Глаза Лены смотрели без осуждения, без упрека – в них сверкало легкое любопытство. Прямо как в тот вечер. Она была в том же синем платье с ромашками. Такая же десятилетняя маленькая обезьянка – он дразнил ее так в детстве. Не мог смириться, что она лазила по деревьям лучше, чем он. Лена смотрела, не двигаясь. Улыбка примерзла к ее мертвому лицу. |