Книга Рассказы 30. Жуткие образы ночных видений, страница 20 – Артём Скороходов, Дарья Странник, Ольга Цветкова, и др.

– Ну что, сам пойдешь или нам тебя в багажнике везти?.. Да заткнитесь на хрен, шавки! Фу!

Пока круглолицый отвлекся на собак, Петька потянулся к окровавленной монете, поднял, держа за неровные края. И только сейчас понял, как ошибся. Он перепутал монеты! А значит…

– Сыграем? – спросил он, глядя на круглолицего снизу вверх.

– Щас, сыграем, с жопой твоей сыграем…

Петька подбросил монету щелчком пальца. Та отлетела в сторону, звякнула об асфальт. Круглолицый вновь замахнулся ногой, но ударить не успел. Едва монета замерла, все псы разом набросились на него.

Повалили. Перестали лаять и даже рычать, рвали молча. Круглолицый визжал и барахтался, как перевернутый на спину жук. Разбрасывал вокруг внутренности распоротого пуховика.

Петька отползал, не в силах отвести взгляд. От белого пуха, что стремительно окрашивался в красный. От черных звериных глаз. От окровавленных морд и сморщенных обрывков кожи, зажатых в хищных зубах. Визг сменился хрипом.

Патлатый блевал себе под ноги. Собаки его не тронули.

– Вот сука, вот сука… – бормотал он, разогнувшись. Темные очки сползли ему на нос.

Петька, будто только очнувшись, увидел, как подбираются к его кроссовкам кровавые струйки в трещинах асфальта. Нащупав монету и спрятав ее в карман, заставил себя подняться.

И побежал, не оглядываясь на пирующих дворняг.

* * *

– То есть я должен угнать тачку… – медленно повторил Петька, все еще не понимая толком, чего от него хотят. – А потом на ней попасться?

– Все гайцы у него кормятся, – кивнул Гриша Курок, уперевшись локтями в стол.

– Боров поднялся в девяностых, – добавила Вика. – И никак не избавится от старых привычек. Эту машину он любит больше, чем… людей. Тебя отведут к нему, будь уверен.

– И что мне делать потом?

Пожилой мужчина в старомодной шляпе, который представился Аркадием Сергеевичем, пододвинул к Петьке кругляш.

– Ты должен, глядя на него, спросить: «сыграем»? И подбросить монету.

Петька взял кругляш со стола, покрутил в руке, разглядывая. Больше напоминало расплющенный, позеленевший от времени кусок металла – то ли меди, то ли бронзы, – чем монету. Аверс с реверсом стерлись так, что на них невозможно было что-то различить.

– Зачем? – тупо спросил Петька. – Это розыгрыш такой?

Курок громко вздохнул, покосился на Вику и буркнул:

– Тебе говорят делать – ты делаешь.

– Если сработает, сам увидишь, – сказал Аркадий, не сводя взгляда с Петьки.

– Если? – переспросила Вика.

– У монеты две стороны. – Аркадий пожал плечами. – Вероятность пятьдесят на пятьдесят.

– Мы платим вам не за вероятность!

– Вы платите за аренду. Ни больше ни меньше.

Вика поджала губы, но сдержалась, смолчала. В этот момент она показалась Петьке особенно красивой. Но нельзя отвлекаться, пока его тут подписывают на какую-то дичь…

– Так, а если мне к тому моменту уже голову отобьют? – спросил он.

– Для этого я даю тебе еще монету. – Аркадий выложил на стол новый кругляш, с виду один в один как предыдущий. – Держи под языком, и ничего тебе не сделают. Смотри, здесь сторона чуть сильнее скошена. Не перепутай! Давай еще раз: одну монету под язык, вторую подбросить. Вопрос задать обязательно. Смотреть на… Борова обязательно. Может кое-что… случиться. А может не случиться. При любом развитии событий сразу беги. Монеты ты должен вернуть.