Книга Рассказы 11. Изнанка сущего, страница 40 – Иван Русских, Иван Кротов, Дарья Странник, и др.

– Заперли бы всех в одном месте! – проворчал какой-то дед, и Майя согласилась бы с радостью, но не было в их деревне здания, которое вместило бы всех жителей да выдержало потом напор обезумевшей толпы.

Последний дом, последний замок. Майя выбежала на улицу, где ожидала встретить Никиту. Только три кота, задрав хвосты, семенили по дороге в направлении леса.

– Никита! – позвала Майя. В очередной раз взвыли собаки. Из ближнего двора донесся странный звук, и женщина осторожно подошла к калитке. На цепи бесновался старый пес. Перед крыльцом на бетонных узких плитах, которыми была выложена дорожка к дому, корчился в судорогах Никита. По пене на губах и невидящему взгляду Майя поняла, что у молодого мужчины припадок, но что делать – не знала. Прокляла легкомысленных сельчан, не забывая помянуть и себя. Припадки у Никиты начались года три назад, но случались редко. И вот, пожалуйста…

В голове словно зазудело, смутно знакомое чувство отозвалось тревогой, времени почти не оставалось. С внезапным озарением Майя подбежала к псу и отстегнула цепь от ошейника. Животное, не обращая внимания на освободительницу, помчалось через открытую калитку на улицу, чтобы потом, несомненно, припустить в лес.

– Извини, мохнатая морда, – пробормотала Майя. Затем попыталась подтянуть подрагивающего мужчину к концу цепи. Это удалось не с первого раза и стоило женщине разбитой губы – рука Никиты в очередной конвульсии ударила помощницу.

Слизывая выступившую кровь, Майя обмотала цепь вокруг живота парня и закрепила карабином. Ненадежно, при желании несложно выбраться, но затягивать цепь вокруг шеи женщина не решилась. Выбегая, прихватила лопату и подперла ею снаружи калитку. Если повезет… Мысль прервал нарастающий зуд в голове. Словно комариный укус, до которого не добраться, словно ощущение, что забыла что-то важное. Надо идти в лес.

Усилием воли Майя попыталась сосредоточиться. Не получалось. Нужно позаботиться о себе, но она не знала как. Удалось вспомнить цепь. Да, нужно посадить себя на цепь и надеяться, что под действием Зова не хватит ума освободиться.

Майя бросилась к ближайшему двору, но отрывистое тявканье напомнило, что собака у хозяев мелкая, наверное, не на цепи даже, а на поводке. Надо бежать к Грушиным, это всего два дома дальше, у них волкодав на цепи толщиной с детскую руку. Майя ринулась к заветному двору, потеряла одну тапочку, но останавливаться не стала.

Басистый лай, срывающийся на вой, раздавался уже совсем близко. А потом зазвучал за спиной, но уже гораздо тише, заглушенный зудом в голове. Запыхавшись, Майя перешла с бега на быстрый шаг, не обращая внимание на боль от камешков, вонзающихся в голую ногу. Надо было идти в лес.

Ничего не говорящие имена Вася, Боря и Даша мелькнули и пропали.

«Как же они выберутся?» – показалось здравой мыслью, но Майя не знала, кто и откуда, и быстро забыла отвлекающий вопрос. Лес звал.

Сначала удалось следовать протоптаной тропе, но скоро Зов заманил в чащу, куда обычно никто не ходил. Майя шагала, не разбирая дороги, часто спотыкалась, падала. Вторая тапочка застряла в гнилой коряге, где и осталась сиротливой памяткой присутствия человека. Ступни и ноги женщины покрывали многочисленные царапины, но боли не ощущалось. Майя чувствовала себя хорошо, потому что следовать Зову было самым нормальным в мире. Изредка сквозь зуд проклевывались какие-то невнятные тревожные мысли, но они просто не могли быть важными.