Книга Рассказы 8. В поисках истины, страница 28 – Антон Седнин, Андрей Волковский, Артём Кельманов, и др.

– Да и что может быть банальней дурацкой псины? – негодовал Роб.

Кроме Роба Саше также приходилось работать с психологом «Гибли» по имени Сара Кацман.

Сара обучала питомцев в виртуальной среде.

Сперва миссис Кацман учила сайб-петов каким-то простым вещам вроде игры с мячом. Потом сайб-петы загружались в десять сконструированных Робом гусениц и играли с мячами уже в реальности. И наконец Саша записывал, какая часть чипов активна при корректном взаимодействии с мячом.

Поначалу большая часть Алис не хотели играть с мячами – при их виде гусеницы убегали или сворачивались в клубок. Но Роб с Сашей постепенно отлаживали чипы. Уже в первые недели гусеницы вполне корректно «почувствовали», как надо правильно играться с мячиком.

Это напоминало Саше факультативы по биологии.

В 1960-х годах биологи Олдс и Милнер додумались поместить в гипоталамус мышей электрод, который стимулировал центр удовольствия мышиного мозга. Включить электрод можно было с помощью рычажка, а рычажок находился внутри клетки с грызунами. Когда мыши додумались дергать за рычажок, то стимулировали себя до изнеможения, игнорируя пищу и воду.

Олдс и Милнер нашли связь между зонами мозга мышей и их телом. Команда «Гибли» тоже искала эти связи – просто вместо мышек у них были робо-гусеницы.

Больше всего Сашу поражало то, что возвращаемые в виртуальную среду питомцы после контакта с физическим миром вели себя по-другому: стоило приучить питомцев играть с мячом в теле гусениц, как те переставали нормально играть с мячом в виртуальной реальности.

Впрочем, Сара быстро нашла решение этой проблемы. Она предложила сделать так, чтобы питомцы воспринимали виртуальную реальность как сон.

– Гусеницы возвращаются из своих тел в компьютер и не понимают, почему тела двигаются по-другому, – пояснила миссис Кацман. – Давайте сделаем одну среду для них как бы «реальностью», а другую «воображением». У людей ведь также, понимаете? Человек живет в двух плоскостях: наяву и в сознании.

После создания этого логико-сенсорного параллелизма Саше показалось, будто в их маленькой мастерской заново переоткрыли идею дуализма сознания.

– Кто тут у нас самая сознательная гусеница? А? Кто хочет немного покататься?

Сара елозила по столу копной рыжих волос, а наполовину разобранная Элис-08 цеплялась лапками за локоны и радостно урчала при каждой удачной попытке прокатиться на шевелюре воспитательницы. Своей манерой общения с питомцами психолог «Гибли» походила на помесь советской буфетчицы с техасским ковбоем. Вдобавок к неожиданной брутальности Сара была еще и единственным курильщиком в компании. Помня проведенную у туалетных форточек молодость, Саша позволял ей курить прямо в мастерской. Сара любила Сашу за эту вольность, а Роб – по-тихому писал жалобы на старую еврейку.

– Пожалуйста, не мешайте мне, миссис Кацман. Играть с волосами в ваши годы даже как-то неприлично, – смеялся Саша.

– В мои годы уже нельзя сделать что-либо неприличное, – парировала Сара. – Рабочий день давно кончился, приятель, ты чем тут занят?

Саша пытался встроить в разобранную половину Элис-08 уменьшенную модель чипа. Они с Робом загорелись идеей сделать гусеницам тактильные ворсинки.

Огонек сигареты приблизился к Сашиным потугам:

– Это ты придумал? С такими ворсинками Элис станет мохнатой, как задница моего благоверного.