Книга Рассказы 7. Час пробил, страница 66 – Алексей Сорокин, Андрей Миллер, Антон Мокин, и др.

Илья понял это уже пару часов назад, а потому совершенно сознательно таблетку так и не выпил. Баночка с маленькими неверными друзьями покоилась в кармане джинсов, валявшихся на кресле в углу.

Борщ ждал.

Он ждал появления Ши. Надежда, конечно, очень слабая – воображаемую подругу люди в белых халатах если не вымарали из его головы совсем, то уж точно загнали на самое дно. И понятное дело, что Ши – ненастоящая, она лишь проекция сознания, плод болезни мозга. Но только она сейчас могла помочь.

Часы на стене мерно тикали, небо за широким окном постепенно темнело – но все-таки не до конца. В доме что-то шуршало и поскрипывало.

– Я соскучилась, сладкий.

Началось.

Саму девушку Борщ не видел, даже не ощущал ее незримого присутствия, как оно часто бывало. Пока – только голос в голове, который он когда-то списывал на наркоту. Да, сначала был только голос. Прочее началось потом.

– Ты ведь не думал, что я тебя бросила? Никогда, сладкий, никогда. Я только немножечко отошла в сторону. Знаешь, я не ревную. Даже не обижена на тебя, честно-честно. Люблю по-прежнему, хоть ты и поступил со мной плохо.

– Мне нужна помощь.

– Тебе? Или другу? Вот ему-то помощь не помешает, тут ты прав, сладкий… Я рассказывала тебе сказки, помнишь? Старые-старые сказки. Издалека-издалека. Сид есть Сид. Что холмы, что море. Страна Мананнана Мак Лира сокрыта в глубине океана, и всюду на свете, где вода плещется – там ей простираться. А здесь… и вода, и туманы, и даже холмы… Тир Тоингире ближе, чем вы все думаете. Гораздо ближе.

Все это было Борщу смутно знакомо. Он не помнил в точности, какие сказки Ши нашептывала ему по ночам, но в самых смутных очертаниях узнавал. Именно то, что нужно. Истина, которую он забыл в клинике. На самом деле, конечно, – собачья чушь, результат алкоголизма и наркомании в одном коктейле с какими-то книжками, прочитанными давным-давно.

Рокер в полной мере понимал: это очередная галлюцинация. Но только на время став немного психом, он мог помочь другу выбраться из настоящей пучины бреда. Только в нежном шепоте Ши можно услышать о природе безумия нечто важное. То, что он успел забыть.

То, без чего Гену никак не спасешь.

Нельзя верить галлюцинации на слово. Однако очень быстро Борщ понял нечто куда более полезное. Таблетки, чертовы таблетки! Спасательный круг, брошенный в море помешательства с борта корабля реальности.

Таблетки мешают Ши владеть его головой, никаких сомнений. Значит, они и Гене помогут увидеть реальность, столь очевидную для Борща.

⁂

Проснулся я рано. Гудящая со вчерашнего голова намекала, что неплохо бы поспать еще часок, но зов мочевого пузыря оказался сильнее. Закинувшись «Нурофеном», который Рита заботливо положила на прикроватную тумбочку, я поспешил по неотложным утренним делам.

Теплый душ и таблетка свое дело сделали отчасти. Голова гудеть перестала, но бодрости особо не прибавилось. Борщ еще не вышел из комнаты, Рита тоже отсыпалась, так что хлопотать на кухне пришлось в одиночестве. Чтобы развлечь себя, включил «Смешариков»: да, трейдеры за сорок тоже их любят! Горячий кофе возвращал силы, яичница шипела на сковородке, Нюша разыскала Бараша в горной хижине – что может быть лучше поутру?

Веселая незнакомка появилась перед домом совершенно неожиданно.

– Здравствуйте! Вы Гена, да? Илья Борщевский у вас остановился?