Онлайн книга «Рассказы 7. Час пробил»
|
– Август! Август, мне нужно в туалет! Выходи уже! – Сейчас, мам! Он закончил свои дела, натянул штаны и помыл руки в раковине. Руки были тонкие, детские, с кровавыми коростами на локтях, оставшимися после падения с велосипеда накануне. За сломанную раму велика здорово влетело от мамы. Она купила его недавно, а он уже умудрился… Костас переключился на другой нейронный пучок. Его не интересовало детство пилота. Но мозг работает корректно, на удивление. Что есть хорошо. Грек открыл глаза (настоящие глаза) и прошептал: – Оставь это напряжение, Азим. Я вошел в связку с объектом. В это время другими глазами (чужими глазами) он наблюдал Землю. Оказывается, Август в прошлом землянин. Воспоминания перелистывались, как кадры пущенной на быструю перемотку пленки: Берлин, Триумфальная арка, толпа разъяренных демонстрантов, драка ночью в подворотне, похороны матери, годы в летном училище, падение на истребителе и катапультирование из него, первый выход в космос, решение переселиться на Марс, долгий полет, Геллариум, знакомство с Мариной… Близко! Близко, очень близко. Некоторые воспоминания были безвозвратно повреждены, но нужная зона мозга сохранилась идеально. Замедление, не так быстро, Азим! Работа на взятом в кредит «Баттерфляе», симпатичная француженка Марина Дюваль, ставшая напарницей, любовная связь… Да, любовная связь имелась. Они были очень близки с Мариной, но близки не как любовники, а как… «Compagnon», – прошептал нежный голос напарницы. Да, верно. Близки как боевые товарищи, напарники, друзья; как могут быть близки пальцы на одной руке или два глаза на лице. И в их отношениях отсутствовала доминация одного над другим; они были абсолютно равны. Назвать это любовью? Вряд ли. Разве любят друг друга ветви на дереве? Но они неспособны существовать, если дерево срубить. Близко, чрезвычайно близко. Костас чувствовал, что он практически нащупал. Он снизил скорость «перемотки» уже до уровня стандартного времени: кадры чужой жизни теперь не мелькали перед глазами, а текли медленно, неторопливо. Костас терпеливо наблюдал за тем, как Август спит, ест, умывается, работает, ходит за покупками, переписывается по вечерам с Мариной. Словом, совершает обычные повседневные дела. Вот оно! Костас воскликнул бы это своим ртом, если б не погрузился так глубоко в раздробленное на фрагменты беспорядочное сознание мертвеца. Он находился полностью внутри. Сейчас Костас даже с трудом осознавал себя; он оказался в положении наблюдателя, застрявшего в памяти Августа. – Марина, привет. – Здравствуй, compagnon. Что-то случилось? Я немного занята. – Ты видела новый заказ? Я попробую урвать, думаю, нам по плечу. – Ты про «Тангейзер»? – Да. Вот прямо сейчас смотрю. Все совпадает, мы на «Баттерфляе» притащим без проблем, куда скажут. – А им не занимается государство? – Нет, это тендер. Ну так что, браться? Ты за? – Попробуй. – Увидимся завтра? – Конечно. Пообедать? – Да. Я еще хотел спросить… – Марина, кто это? С кем ты разговариваешь? – раздался незнакомый женский голос. – Это Ави, звонит насчет работы… Марина положила трубку. Мгновения растворились в грусти Августа, который сидел, уставившись перед собой застывшими глазами; дыхание перехватило, и он согнулся, выблевав на ковер съемной квартиры съеденный утром сублимат. Перед взглядом плавал причудливый орнамент ковра. За окном гудели автоматические погрузчики. |