Книга Рассказы 4. Контрольная точка, страница 17 – Анастасия Голикова, Клавдия Матушевич, Артем Белов, и др.

Потом подойдут женщины и молодняк, родившийся в прошлом сезоне, доплетутся некоторые раненые. Наевшиеся охотники проследят, чтобы те тоже утолили голод, пока молодые загонщики будут шипеть, нервно покачивать хвостами, приближаться к добыче со всех сторон, отталкивать юных и мелких – то есть совсем мальчат. Ведь, когда женщины начнут уходить, чтобы приступить к трапезе, тень покинут зрелые загонщики, вроде Тихого Шага. И снующим вокруг нетерпеливым придется еще подождать.

Первая пластина была оторвана с брюха громадины, столпившиеся охотники спешили проглотить самые лакомые потроха. Тихий Шаг даже сквозь дрему слышал шипение и клацанье зубов, когда сталкивались нацеленные на один кусок лапы Острого Клыка и Яростного Удара. Дважды за свою жизнь ему доводилось чувствовать подобное напряжение, он догадывался, что за этим последует.

Охота, едва не обернувшаяся провалом, унесла жизни многих членов стаи. Оставшимся же пищи оказалось вдоволь. Уже высоко горел Бледный Круг, когда сородичи, объевшиеся и заторможенные, доплелись до Источника. Многие принесли с собой не только хорошие кости, но и остатки мяса, на которое сейчас уже никто не покушался.

На первый взгляд ответвление лабиринта ущелий, куда раз за разом возвращается стая и где рождаются все сородичи, отличается от других разве что ступенчатыми склонами и множеством неглубоких уютных каверн. Но живут они здесь не из-за удобных стен.

Источник представляет собой основание одного из склонов. На отличном от всего окружающего черном камне светятся зеленоватые прожилки, что особенно видно в темноте. Когда небо из красного становится черным и появляется Бледный Круг, этот камень согревает стаю. Рядом с ним всегда спокойно и становится легче, если что-то болит. Не говоря уже о том, что чем ближе кладка к Источнику, тем больше вылупляется яиц.

Расположившись вокруг черно-зеленого камня согласно иерархии и попрятав кто куда остатки мяса, стая была готова приступить к продолжительному сну, который неизменно следовал за успешной охотой. Предостерегающее шипение и два последовавших друг за другом щелчка зубов прозвучали совершенно не так, как во время обычной склоки. Сытой дремоты, еще мгновение назад охватившей стаю, и след простыл. Многие тут же поднялись и напряглись. Тихий Шаг тоже быстро встал и, вытягивая шею, попытался разглядеть то, о чем опыт подсказал ему ранее.

Острый Клык лежал у основания Источника, прижимая к себе Мягкую Кожу, дурманящий запах которой не оставлял сомнений о намерениях вожака. В двух шагах от переплетшейся хвостами пары стоял Яростный Удар. Вожак и лучший из охотников застыли, не сводя друг с друга глаз. Коричнево-янтарные Острого Клыка против золотых Яростного Удара. Зрачки обоих сузились до едва заметных черных палочек. Словно завороженные, члены стаи медленно приближались к повздорившим, пока вокруг тех не собрались, казалось, все. Но никто не подходил слишком близко, никто не пересекал невидимых границ, никто не смел вмешиваться.

Тихий Шаг понимал, что уязвленный как собственным промахом, так и точными ударами молодого охотника Острый Клык, подогреваемый запахом тела женщины, захотел напомнить Яростному Удару, где его место. Но, внезапно зашипев на охотника, готовящегося ко сну неподалеку, он не ожидал получить отпор. Мягкая Кожа удивленно оглядывалась, не понимая, почему никто не спешит проучить выскочку и позволить вожаку вернуться к прерванному занятию. Она горела от желания и не хотела ждать. Стая, врезаясь друг в друга плечами, сформировала полукруг, который упирался в стену. Наверху плотной массой также сидели сородичи. Так образовался круг, из которого нельзя будет выйти, не решив вопроса. Завершение охоты видели все.