Книга Рассказы 3. Степень безумия, страница 35 – Яков Пешин, Аргос Бигбаев, Лев Протасов, и др.

Массовые расстрелы в Волынской губернии, найденный склад отрубленных голов в Санкт-Петербурге, десяток свежих тел в Казани, взрыв ресторана в Подольске и прочие, прочие преступления. Все это происходило вокруг меня на самом деле. Пока я пребывал в мире фантазий, запуганный народ искал в стране иностранных шпионов, не зная, как еще объяснить всплеск необузданного насилия. Власти же в бесплодных поисках улик и виновных официально заявили, что не знают, стоит ли вообще связывать эти события между собой. Я многое пропустил…

Подобное не могло не напугать. Даже на меня, человека жестокосердного, эти вести нагнали жути. О чем бы я ни мечтал, как бы ни извращался в своих грязных текстах, настоящее убийство было чем-то истинно недозволительным и непростительным.

В такие дни волнений всегда хочется поддержки, хочется собраться вместе с близкими людьми, хочется иметь иллюзию защиты. Беды всегда объединяли людей, и теперь множественные смерти послужили стимулом для сплочения. Я был рад пожить с родственниками, как в дни ушедшего детства.

Мне дали три часа на сборы, отец должен был провести встречу неподалеку, мать вернуть займ своей старой знакомой. После мы договорились незамедлительно отбыть. Долго уговаривать меня не пришлось, времени в запасе оставалось даже слишком много, ведь то единственное, что действительно было мне нужно, запросто умещалось под мышкой. Я ведь знал: что бы ни случилось, я всегда буду верен своей натуре. Рано или поздно ужас реальности закончится, и мне придется вернуться к фантазиям.

В ожидании своих стариков я невольно прокрутил в голове всю полученную информацию. Что бы ни происходило в мире, я не мог идти против своего естества и не наслаждаться столь интересными, пусть и столь страшными событиями. Коллекция голов навевала воспоминания, и, пролистав записную книгу, я наткнулся на похожий сюжет.

«Занятное совпадение», – подумал я.

3

С трудом верилось в происходящее. Мне нужно было пройтись, посмотреть на мир собственными глазами, убедиться, что все вокруг не так плачевно, как могло показаться.

На улице ко мне подошла пара городовых. Приложив руку к козырьку, один из них поинтересовался, не слышал ли я прошлой ночью чего-нибудь необычного. Причиной расспросов послужил свежий труп: кто-то растерзал горло местной проститутке. Считая это нападением бездомной собаки или забредшим с окраины волка, они опрашивали жителей близстоящих домов. Помочь я им ничем не мог, и, попросив соблюдать осторожность, городовые ушли.

Желая послушать людей из разных социальных слоев, я двинулся на крытый рынок. Встав подле яблок, я старательно изображал, как придирчиво набираю фрукты. Уличные торгашки злорадствовали по поводу смерти местного депутата: неизвестный утопил его в помоях в собственном доме и скрылся, не оставив ни единого следа. Поймав себя на мысли, что это звучало до боли знакомо, я побродил еще немного и отправился в народный дом.

Мои друзья, ну или те, кого я мог назвать друзьями, работали в кружках для детей и взрослых, давали представления. Жизненный опыт подсказывал мне – истинно творческие люди любят сплетни. У завистливых и высокомерных выскочек, застрявших меж интеллигенцией и нищетой, можно было наслушаться самого разного рода историй. Обычно мнение подобных людей мною не слишком ценилось, но в тот момент даже они могли принести пользу.