Онлайн книга «Рассказы. Темнее ночи»
|
И все же лисы и волки побрезговали снедью. Знак был – хуже не придумаешь… Мысли не шли. Ярен сел, привалившись спиной к иве, и смежил веки. Вот отчего Старший, подумал он, и остался в Гребневе: не хотел зазря смотреть на последнее пристанище Олега, хранящее в себе следы колдовской скверны. Отгадка крылась не здесь… – Яр! – Оклик Филимона вывел его из задумчивости. Ярен открыл глаза и увидел бегущего мальчишку, с виду годков десяти. – Воевода, тебя Сабур-воин зовет! – громко крикнул паренек. – Не шуми, тебя и так за версту слыхать. – Ярен строго взглянул на него, вставая. – Я не воевода. А Сабур не воин. – А кто же? – спросил мальчишка с детской непосредственностью. – Доспех да сабля при нем… – Змея он подколодная, – проворчал Филимон. – Он – щит в княжеской руке, – сказал Ярен. – Вострый край щита. Веди, малой. Паренька звали Глебом. Был он старшим из сыновей гребневского священника, а всего детей в доме отца Даниила сейчас жило восемь душ – половина родных, половина сирот. Глеб, которому отец поручил помочь «ястребам», без умолку болтал с Филимоном, просил посмотреть нож и саблю. – Федор Афанасьич злой был, – вспомнил он справника. – Плетьми за ослушание мог высечь, а батьке однажды глаз подбил, дюже разругались. Без него лучше заживем. – Это ты настоящих злых не видел, – со смешком сказал Филимон. – А разругались почему? – Не слыхал. А вы… – Цыц! – гаркнул на обоих Ярен. – По лесу надо тихо ходить. Иначе волки-оборотни подкрадутся и загрызут. Лес за рекой был густой, темный. Филимон усмехнулся в усы; Глеб умолк и пошел бойчее, зыркая по сторонам. Паренька в самом деле послал Сабур, в этом Ярен не сомневался. Но что мог отыскать тут колдун, зачем свернул в сторону от намеченного маршрута? Если сгинут они здесь – скоро ли их хватятся? Ярен шел, прислушиваясь, и с тревогой думал – не было ли ошибкой довериться колдуну? Сабур стал «ястребом» за право жить на изорской земле. Однако времена менялись… Всеволод старел. Земли князя Ждана тоже славились богатством, а у степняков могло сыскаться выгодное предложение для изгнанных когда-то родичей. Густые ветви елей смыкались над головой, солнце едва проникало в чащобу. Доброе место для ночного хищника, для человека – дурное… Ярен проверил, легко ли выходит из ножен сабля. Колдун вместе с Богданом поджидал на небольшой полянке и, вместо объяснений, указал кивком на что-то во мху. Сперва Ярен заметил лишь кольцо старых, растрескавшихся, желтых мухоморов. И только потом понял, что земля рядом просела необычно. Маленькими, глубоко утопшими во мху камнями был выложен круг, разделенный пополам – знак истинного Владыки. – Сабур чует мертвечину, – сказал Богдан за колдуна. – Могила эта свежая, не больше года. Но справник о ней ни словом не обмолвился. Ярен посмотрел на могилу, на остальных. – Проводи мальца до Гребнева и доложи обо всем Старшему, – приказал он Филимону. – Все равно лопаты нужны – не саблями же будем копать? * * * Следующий час прошел в ожидании и неприятных хлопотах. Филимон пригнал в лес четверых мужиков с инструментами. Гребневцы божились, что про могилу знать не знают и в места эти никто из села не ходит. Но даже расскажи они что-то – веры им было бы мало… Сабур, не вызывавшийся помогать, стоял в стороне и раскуривал вонючую костяную трубку. Мужики копали неохотно, вздрагивали от каждого шороха; Ярен потерял терпение и сам взялся за лопату. |