Книга Рассказы. ПРО_ЗАмерший мир, страница 47 – Коллектив авторов, Вера Сорока, Журнал «Рассказы»

На ее фотографии профиля: муж и маленький сын, а ее самой нет. И вот теперь ее и правда нет. По-настоящему нет, а они остались: отец и сын, и учебники с задачами.

В самолете

В самолете, отец и сын пяти-шести лет.

Сын: В Москве тоже идет дождь.

Отец: Мы еще не в Москве.

Сын: А где мы?

Отец: В небе.

Сын: Нет, мы в Московском небе.

Сын: Папа, я тебе помогу, если нужно нажать плюсик, скажи.

Кажется, что папа устал, но когда сын ложится на его колени, папа гладит его волосы, и в его руке нежность и любовь.

Сын: Мы пойдем сразу к маме в отелю? Ты знаешь, а взлет круче, чем посадка. А завтра мы уже возвращаемся.

Сын: Ты хвосточек.

Папа: А я Чихинхуа.

Сын: Ты хвосточек, а я чубочек.

Сын: Папа, когда мы пойдем на посадку?

Отец: Тебе капитан корабля что сказал?

Сын: Что мы идем на посадку.

Отец: Ну вот.

Сын: Папа, мы почему‐то наискосок летим.

Сын: А мама круглосуточно учится?

Папа: Вечером она придет к нам

Сын: Она после каждого вечера будет к нам приходить?

Сын: Хочу дома записать – вкусняшки шоу. Мы идем на снижение? А на посадку? Папа, а у нас там телевизор будет? Папа, кажется, в небе туман начался.

Папа: Это облака.

Сын: Мы летим между облаками. Папа, а когда Незнайка между облаками был, он подумал, что вверх тормашками, такой глупенький. Папа, мы в облаках еще?

Сын: Папочка, ты знаешь, я всегда хотел летать на облаку и попробовать кусочек Луны. Она же круглая и похожа на сыр.

Сын: А это мост через Волгу.

Отец: Нет, это Москва-река.

Сын: Какая?

Отец: Москва.

Сын: Какие большие дома, а в них есть детские площадки?

Отец: Конечно.

Сын: Сейчас будет бдыщ!

Фу, прилетели!

Донна Петровна умерла в понедельник и очень огорчилась. Если бы ее спросили, в какой день умирать, она непременно выбрала бы четверг. Ведь так удобнее для всех – не нужно отпрашиваться с работы и целый день ходить в черном.

Чтобы никого не затруднить, у донны Петровны все документы в порядке, все счета оплачены, вся одежда сложена. Имущества нет, и передавать его некому.

Чтобы нечаянно не побеспокоить соседей, донна Петровна сама позвонила в скорую, а потом тихонечко умерла.

В среду в городе карнавал. Ничего особенного – обычный праздник с подвижными платформами, танцами, акробатами и салютом в конце.

Карнавал начинается у здания мэрии. Сначала немного натужно, но потом разрастается, набирает цвета и громкости. Он идет по городу, поглощая прохожих и их дружелюбных собак. Надевает на всех маски и заставляет танцевать и делать такое, что еще утром никто делать не собирался.

В среду донну Петровну выносят из дома в открытом гробу. Она лежит на маленькой кружевной подушке и смотрит мутными пустыми глазами в небо. Донна Петровна видит рябые облака и сбежавшие от невнимательных детей воздушные шары. Зрачки ее неподвижны.

На донне Петровне закрытое твидовое платье с белым накрахмаленным воротничком. На ней плотные чулки и лакированные туфли на маленьком каблуке. Одета донна Петровна совсем не по погоде, ведь на улице совсем весна. Но донне Петровне совершенно не жарко. Жарко работникам похоронного бюро, у которых в среду утром сломался катафалк. Поэтому они несут гроб на плечах и сильно огорчены, что донна Петровна умерла именно в понедельник, а не в какой‐то другой день.