Книга Никогда не знаешь, страница 4 – Марина Богданович

В своде доблестей, который обновляется каждую четверть года, вот уже пятый год подряд мы сним постоянно соперничаем за смежные места. Причем если один из нас вырывался повыше, то и другому удавалось. Например, в первой четверти этого года Олав был на 15-м, а я на 16-м месте, во второй я была на 17-м, а он на 18-м, сейчас мы с ним как-то расслабились, и он спустился на 19-ое место, а я замыкаю двадцатку, и мы оба понимаем, что нужно постараться на будущих последних поединках и экзаменах, потому что они определят нашу судьбу, и за эти места будет настоящая битва.

— Уже соскучились? — Резко открываю дверь, на лице улыбка: своим друзьям я всегда рада, пусть они и не видят во мне девушку, но относятся ко мне искренне по-доброму.

На пороге топчится вся наша компашка из 7-ми человек, без меня, конечно.

— Эман, — заговорщицкиулыбается Олав и как-то странно на меня смотрит.

Я знаю этот взгляд, что-то они удумали, и видно это «что-то» включает меня в их точно дурацкий план, — Генри тебе хочет кое-что сказать, мы зайдем? — Говорит друг.

И семеро бугаев оттесняют меня вглубь комнатушки, в которую мы все едва помещаемся. Трое товарищей тут же приземляются на мою койку: здесь все свои и разрешения им не требуется, еще один уселся на единственный в комнате табурет, Олав и Род стоят у двери, которую последний уже закрыл за собой, а мы с Генри оказались в центре.

— Ноэми, — Генри подходит чуть ближе, выражение его лица какое-то странное, а уж когда он в последний раз меня называл женским именем, я, наверное, и не вспомню.

Вру, конечно, я помню все, что он мне говорил, и мне дорога каждая минута, что мы провели вместе, но Ноэми он меня звал очень-очень давно. Последний раз в конце первого курса. Тут точно дело неладно, я по наитию делаю шаг назад и упираюсь спиной в шкаф — дальше отступать некуда.

— Тут такое дело, — продолжает он, — ты только не горячись, ладно? — Просительный тон голоса и жалобный взгляд.

— Что вы вытворили на этот раз? — Строго спрашиваю я, вспоминая, как в прошлый раз они с Родом в шутку подрались, но в пылу драки порвали свои учебные формы, а за порчу нетренеровачного костюма снимают баллы, которые так нужны для высокого места в своде доблестей.

И вот эти двое приползли ко мне чуть ли не на коленях, умоляя, чтобы я все аккуратно и незаметно заштопала. Ведь я до 13-ти лет воспитывалась, как приличная девица, и могла неплохо орудовать швейной иголкой. И вот вместо отдыха после тяжелого дня мне несколько часов пришлось «спасать» места этих придурков.

Сейчас же Генри выглядел еще более подозрительно, чем тогда, и это не сулило мне ничего доброго.

— Ты только дослушай до конца и обещай не бить, хорошо?

— Генри, судя по твоему лицу, ничего хорошего я не услышу, так что не заводи мне нервы еще больше и говори уже!

— Так бить не будешь?

— Я подумаю, так что?

Генри сделал медленный глубокий вдох и резко и шумно выдохнул.

— Мы с пацанами играли в карты на желание, я проиграл, — долгая пауза, — и теперь мне нужно тебя поцеловать 30 секунд с языком, — протараторил он скороговоркой.

— Что?!! — орала я, — а я здесь при чем к твоим проигрышам!Проваливайте давайте из моей комнаты, придурки!

Я пыталась пройти к двери, но Генри, схватил меня за предплечья, не давая пройти дальше и заглянул в глаза, Эми, подруга, пожалуйста, иначе мне придется целоваться с большой Джин, уж она-то против не будет, и как я потом от нее ноги унесу. Ты должна меня выручить!