Книга Хранимы небесными псами, страница 55 – Лена Тулинова

И чуть было не расстроился, но тут голосок Лючии, его славной невидимой хранительницы, заговорил быстро и радостно:

— Ничего-ничего! Всё будет просто отлично, ты верь! Вот прямо сейчас сюда приедет компаньон Станц, и будет ещё лучше! Вот увидишь, увидишь! А ещё я предупредила около десятка хранителей, и они обещали, что передадут всё другим… И в конце концов, хранители всей Азури узнают про злую ледяную магию. Мы её победим, вот увидишь!

Кармин ничего не ответил, только похлопал по светло-серой стене. Она была чуть-чуть шершавая и тёплая. Словно там, под слоями краски, всё ещё оставалась капелька его собственного вдохновения. Вспомнив, как затейливо переплетались нарисованные ветви рябины, маляр вздохнул.

— Роза, — позвал он, — разреши мне потом стены расписывать с Йонтой за компанию.

Бригадир, которая уже открыла очередную банку белой краски, деловито пропыхтела:

— Может быть, не сейчас? До росписи ещё дожить надо. Давай хотя бы часть этой стены перекрасим.

Чёрная стена была ледяная. И инеистый узор казался ещё более настоящим, чем вчера. Стеклянисто поблескивали кристаллики изморози, причудливо выписанные кистью неизвестного художника морозные веточки казались произведением искусства. Едва коснувшись их, Кармин снова замёрз, как накануне, и ощутил, как душу засасывает уныние.

— Не надо, не надо, не вешай нос, — тут же встрепенулась Лючия. — Вспомни о хорошем! Вспомни, как целовался с Милори! Между прочим, мы ей нужны.

Она запнулась.

— Я верю в Айзека, — сказала совсем другим голоском, словно не вполне уверенным.

— Кто бы он ни был, этот ваш Айзек, а я тоже готов в него поверить, — сказал Кармин тихонько, чтобы Роза не подумала, что он обращается к ней. — Раз уж я поверил в тебя.

Краска показалась ему чуть жидковатой. Он набрал целую кювету, которую поставил на полочку стремянки, и окунул в краску валик. Мерные движения скоро переняли ритм у незамысловатой песенки про сахар в супе. А мысли уже давно вернулись в кофейню — и Кармин думал о какао, кофе, Милори и её губах.

— Хорошего дня, — начальственный баритон вернул его из мечтательного состояния в реальный мир. — Мне нужна Роза Блум.

Со стремянки по соседству апельсинкой скатилась бригадир. Кармин тоже на всякий случай спустился — мало ли что подумаетпро тебя начальство, если ты смотришь на него сверху? Но спустился не спеша и уселся на нижнюю ступеньку, делая вид, что занят исключительно чисткой валика.

— Может быть, вы тут не будете вонять растворителем, Кармин? — нервно спросила Роза.

— Засохнет, — спокойно ответил Кармин и продолжил своё занятие.

— Мы можем пойти в кабинет, — сказал Георг Станц.

Кармин поглядывал на него — ничего такого особенного, разве что пальто цвета охры с серым беличьим воротником очень уж элегантное. А ещё жёлтые ботинки и перчатки в цвет. Оливковый в серую и рыжую клетку шарф и серая рубашка выглядывали из-под расстёгнутого на груди пальто, и весь Станц выглядел солидно… и скучно.

Не хватало его облику чего-то живого, весёлого — солнечных зайчиков в глазах, сочных веснушек на гладком носу и чисто выбритых щеках, улыбки на плотно поджатых губах.

— Зачем в кабинет? Не надо в кабинет! — свирепо сказала Роза.

Это она так нервничала. Кармин знал, что чем сильнее Роза Блум нервничает, тем злее становится. Мало кому было известно, что она на самом деле злится на себя, а не на кого-то. Отделочники уже все к этому привыкли. А вот компаньон Станц был тут человеком новым, с Розой беседовал редко и лишь по телефону… и Кармину было интересно посмотреть, как он справится с бригадиром.