Книга Призрак отеля «Белая выдра», страница 21 – Лена Тулинова

Мейстер Юхан забыл, что его плохо понимают,и заспешил к концу своей речи. Айзингер остановил его жестом и сказал:

– Я переведу. Фру те Ондлия так долго была в Изане, что плохо помнит вестанский.

Персонал гостиницы удивлённо зашептался, но Юхан кашлянул,и настала тишина.

– фрекен Бёбер, главный администратор, менеджеры – это те, с кем вам предстоял общался, остальные можно не знакомился. Отель сейчас закрыт, потому что мейстер Юхан не слишком компетентный. Εго следовал давно уволил, но без дозволения хозяин отеля я не мог.

Тати посмотрела сначала на мейстера Юхана, прижимавшего руки к груди, словно в надежде на то, что отель начнёт работать, а потом на мейстера Айзингера, невозмутимо улыбавшегося ей.

– Я не знаю, как будет по-вестански «уволен», – сказала Тати.

Айзингер улыбнулся покровительственно и высокомерно.

– Хотите, я сам озвучу вашу волю? – спросил он.

— Нет, скажите просто это самое слово, - настаивала Тати. - Я хочу сказать всё сама.

Айзингер перевёл, и девушка, волнуясь, приподнялась на цыпочки, чтобы персонал её лучше видел.

– Я вас не знаю, - сказала она, с трудом подбирая вестанские слова, – и пока не узнаю – никто не будет уволен. Слово владелицы отеля.

Навернo, это прозвучало как-то неправильно, потому что горничные, портье, нoсильщики и прочие люди заволновались.

– Мейстер Юхан, вы подойдите ко мне позже. Поговорим о делах отеля, – Тати поняла, что и сама говорит, как управляющий чуть раньше – так же раздельно и грoмко.

Ей показалось, что Айзингер скрипнул зубами. Покосилась на него, но поверенный по–прежнему широко улыбался. В Изане люди столько за всю жизнь не улыбаются, сколько он тут наулыбал за пару минут. Ну и пусть! Не станет она никого несправедливо выгонять, да еще по чужой прихоти! Когда тебяхоть раз откуда-нибудь уволили да выгнали – сам-то уж хорошо начинаешь понимать, каково это. У Юхана, конечно, вон и булавка золотая, не бедствует, но всё равно небось ему будет обидно, если его вдруг рассчитают ни за что.

– То, что вы делал, это неправильно, – шепнул Айзингер. – С подчинёнными нельзя быть на одна стoрона.

– Вы получали жалованье этот год? – спросила Тати.

– Пособие, – ответила старшая горничная. – От мейстера Юхана.

– И не ушли?

– Мы надеялись на лучшие времена для отеля, - сказал управляющий. – На то, что вы вернётесь… или что хoтя бы… нас передадут в руки Теодоры те Ондлия.

Тати повернулась к Айзингеру, но тот лишь ухмылялся, а пояснять про Теодору не спешил. Понятно – это была его маленькая месть за непослушание. Девушка поняла, что закипает от возмущения. Разве она должна подчиняться поверенному? Это ведь она наследница и миллионщица, а не он!

– Яснo, - кивнула Тати, хотя ничего ей не было ясно. – Прошу показать… где мне жить.

– В люксе господина гроссмейстера, - обрадовался неизвестно чему мейстер Юхан. - Я сам провожу.

– Нет, я, – вызвался Айзингер.

Тати очень захотелось произнести то самое слово, которым только что обогатился её словарь. «Вы уволены!» – ах, как бы замечательно было сказать это! Этельгот Айзингер ужасно ей надоел за три дня пути.

Но потом девушка всё-таки передумала. Во-первых, она только что сама себе пообещала никого за просто так не гнать, даже если ей чем-то не нравится поведение или выражение лица. Во-вторых, не привыкла она ещё в Вестане, в этом то ли Гельвене, то ли Хёльфене, а с поверенным хотя бы немного знакома. «Но я скажу ему это непременно,и с удовольствием, - пообещала Тати себе. - И как можно скорее!»