Книга Таро на троих, страница 53 – Анна Есина

Дама потёрла переносицу:

— А младшая… Семиклассница… С дурной компанией связалась. Курит, поздно приходит, материться начала. Совсем от рук отбилась, сладу с ней нет. Одевается, как пугало огородное, уши без материнского спроса проколола.

Я перевернула карту «Луна».

— О, тут всё серьёзно… Вижу туман, заблуждения… Но есть свет! Вижу, как она находит новый круг общения — клуб юных экологов! Они борются с курением, пропагандируют здоровый образ жизни

— Клуб юных экологов? — клиентка посмотрела на меня с сомнением. — Она же терпеть не может природу! В лес не затащишь, на дачу и то едет через подзатыльники, а потом все два дня изображает немыслимые головные боли и перенасыщение кислородом.

— Это пока, — я загадочно улыбнулась. — Карты показывают, что в ней скрыт потенциал. Возможно, она станет лидером этого клуба. Представляете? Юная защитница природы!

Клиентка вздохнула, глядя на карты:

— И что же мне делать, моя дорогая? Как всё исправить?

Я торжественно произнесла:

— Вам нужно верить в своих детей, довериться их выбору. Поддерживать их на пути к мечтам. И помнить: даже в самых туманных предсказаниях есть свет надежды. А ещё… — я понизила голос, — носите с собой амулет. Вот этот. Он защитит вашу семью от невзгод.

Она посмотрела на маленький камешек, который я протянула ей:

— И сколько он стоит?

— Всего три тысячи рублей, — я скромно улыбнулась. — За защиту семьи не жалко и заплатить.

Дама достала кошелёк, вздохнула и протянула мне деньги:

— Надеюсь, вы правы.

Когда она ушла, я откинулась на стуле и усмехнулась. «Философствующий слесарь» и «юная защитница природы» — не худшие предсказания, пожалуй. Главное, я позволила сердобольной мамаше высказаться и ничем не упрекнула её стиль воспитания. А большего от меня и не требовалось.

Сложила карты обратно в бархатный чёрный мешочек и оглянулась назад, будто ожидая увидеть на подоконнике что-то или кого-то. Пусто.

Хм, а я надеялась найти там спущенный теннисный мяч. Хотя откуда ему там взяться?

Я сидела в третьем ряду, чуть сбоку — именно отсюда открывался лучший вид на арену. Цирк гудел, как растревоженный улей: дети смеялись, переговаривались, то и дело раздавались восторженные вскрики. По воздуху плыли запахи: сладковатая жареная кукуруза, терпкий дух цирковых животных, едва уловимая пыль от опилок. Мой племянник Влад и его друг Антон сидели рядом. Оба апатично смотрели на арену, безобразно чавкали, поглощая попкорн из огромного бумажного ведёрка, и всем своим видом выражали недовольство.

Этот поход в цирк планировался как семейное мероприятие, однако у маленького Ярика поднялась температура, и пришлось срочно менять планы. Сестра, ничтоже сумняшеся, позвонила мне и осчастливила новостью: я сопровождаю двух пятиклассников на представление, не пропадать же билетам? А моё свободное время... Ну и хай на него.

Но всё мои возмущения отошли на задний план, когда на арену вышел конферансье. Он появился в ослепительно-белом фраке, с широкой, почти театральной улыбкой. В руке — изящный серебряный свиток, голос — звонкий, раскатистый, будто созданный для того, чтобы заполнять собой стадионы.

Он сделал паузу, давая звуку своего присутствия раствориться в затихшем зале, и наконец произнёс:

— А теперь, дорогие друзья, приготовьтесь к настоящему волшебству! Перед вами мастер невозможного, повелитель иллюзий, человек, в чьих руках оживают сны и танцуют звёзды!