Книга Таро на троих, страница 137 – Анна Есина

Стася: Экстренные сборы! Душа требует праздника и шашлыков! Кто поддержит?

Жека: Уже мчу в магаз за мясом

Галя: Я под одеялом кукую, но готова напялить лыжник

Аня: Мы с Герой у мамы до обеда. Подтянемся, куда скажете

Лера: Стась, ты не обижайся, только я пас. Терпеть твоего Костика не могу

Жека: Подруга, жжёшь! На хрен тебе Стаскиных хахалей любить?

Стася: Я без Костика. Пнула его вчера под зад

Лера: Аллилуйя! Это событие требует серьёзного обмыва! У кого с прошлого года завалялась бутыль святой воды?

Стася: Он тебе так не нравился?

Аня: Он нам всем не нравился, просто мы помалкивали, чтобы тебя не обижать

Галя: Вечно тебя, Стась, на потребителей тянет

Жека: Ну загалдели! Мамину писю не обижать! Мне нравился этот хлюпик, с него угорать можно было

Гера: Благая весть на нас свалилась, как погляжу. Кто надоумил отшить писюнчика?

Стася: Своим умом дошла. А вас вычёркиваю из друзей, злопыхатели

Лера: И поделом им! Ишь, сколько молчали, ироды

Стася: Ты тоже в пролёте, Солодова! Как номинантка «Худшая подруга года»

Аня: Ребята, ну вы чего? Из-за Кости ругань устраиваете!

Жека: Да они прикалываются, Анют! Разве можно друзей кидать из-за писюна?

Галя: Грею машину. За кем заехать?

Лера: Прихвати мою опальную полужопицу

Галя: Стась?

Стася: Я своим ходом. Втроём приедем

Аня: Систер с мужем?

Стася: Нет. Познакомлю! Где забиваемся?

Жека: Так на гору рванём! Я уже ватрушки забросил в багажник

Гера: Дрова и уголь у нас в гараже. Галчонок, заедь! А то мы пока туда-сюда

Галя: Гер, ок. Беру пледы на всех. Котелок у кого?

Лера: Про алкашку и жратву не забудьте! А то будем как в прошлый раз мясо крекером заедать и снегом запивать

Стася: Мы заедем в супермаркет

Жека: Меня интригует это «мы». Писюша недаром хакнулся с радаров?

Аня: Чья была идея именовать Костю Маминой писей?

Жека: Коллективная

Гера: Трындобол. На чужие лавры не зарься

Они продолжили сыпать сообщениями, но я уже не реагировала. Безудержно улыбалась и во всех подробностях смаковала лица друзей, когда те познакомятся с моими новыми генеральнымдиректором и его заместителем. И пускай только попробуют навесить на них скабрёзные ярлыки!

— Клёвые у тебя друзья, — весело сообщил Тёма, покуда мы вдвоём, как парочка отъявленных самоубийц, карабкались на вершину горы.

— Самые лучшие, хоть и зарываются иногда.

— Как сказал один мудрец: «Не имей сто рублей, а имей сто друзей». Мы с этим гением, кстати, зачастую в зеркале видимся.

— Какой ты у меня скромняга.

— Зато весь твой, от макушки до пяточек, — он обернулся, послал мне лукавую улыбку и замер на предельно крутой точке склона.

Забросил ватрушку в сторону, придержал за ремешок, плюхнулся в неё сам и похлопал себя по коленям, приглашая присоединиться. Вниз я решила не смотреть, а то напридумываю всякого. Бухнулась в жаркие мужские объятия, подобрала ноги и зажмурилась.

Снежная пыль летела в лицо. Щёки обдувал морозный январский ветерок. В животе порхало предвкушение грандиозного спуска.

Вдруг мы подскочили на чём-то жёстком. Скорость увеличилась в разы.

— Психи!

— Группируйтесь там!

— Убьются же!

— Ох, красиво полетели!

И «га-га-га» да «гы-гы-гы». Чужие окрики пронеслись фоном. Я заверещала, с ужасом наблюдая за тем, как нас уносит по берегу. В последнюю секунду перед обрывом Тёма изловчился свалиться с опасно разогнавшегося тюбинга, не выпуская меня из рук при этом, и мы кубарем покатились в ближайшие кусты.