Онлайн книга «Трусливая Я и решительный Боха»
|
- А где «там»? – совсем уж сурово по ходу жгучей исповеди мужичка нахмурилась наша любительница лошадей. Тот тяжело вздохнул: - Три верши с небольшим в сторону моря слева старые конюшни Обрепка. Он помер, сыновья в столицу съехали, лошадей племенных продали. И мои то рыженькие сначала снег счищали с тракта, теперь не знаю куда их… О-ох. В поля, наверное, или… - тут он замер и глазами мокрыми неожиданно прошелся по потолочным балкам. – не знаю, великие госпожи и господин воевода. - Убью, - подскочила с дивана, вдруг, Бозена. Я вслед за ней: - Хорошая моя, погоди. По-годи, - и обхватив за плечи, усадила грозно пыхтящую содружницу на место. – Вначале надо разобраться… - задумалась, вспоминая все перечитанные мною за последний срок Распоряжения, Указы и Приказы, подписанные с той поры, как Боха «у руля страны». – Значит, система… Раньше, при управлее, тракт вы, господин Габа, от снега чистилив стужье, а в жарье поддерживали чистоту на нем по долгу службы, так? – мужчина медленно кивнул, я прикусила нижнюю губу. – Угу. Каждая хаза отвечала за свой трактовый участок. И лошадей с повозками для госнужд вы тоже предоставляли бесплатно и сразу. А на обеспечении чьем все ваше хозяйство было? - Ну так, - развел руками усмотритель. – при прежнем Государе на полном его довольствии мой предшественник жирел, а при господине наместнике на жалование только и хватало, да и то не в последний год. А лошадей мы сами кормили. Договаривались через наём. Везешь, например, на наших десять мешков овса, один из них – оплата. И… - Всё понятно. Ну а теперь, если верить одному из Приказов главного казначея Крайлаба, - зло хмыкнула я. – образовалась новая отличная контора, которая по договору с госуправой чистит с трактов снег и гужевые услуги оказывает населению. Естественно, не бесплатно. Хонза? А ты не знаешь господина Велитипа Жердя со столичной улицы Крючков, дом пять? Он – хозяин сей конторы. - Знаком, - отрывисто ответил тот. – Еще служа начальником охранной смены получал устные веления от господина Матуса именно его сопровождать. И адрес этот помню точно потому. А о причине лишь могу догадываться. На подписи в бумагах. - Угу, - кивнула я. – Ну и вы подумайте, какая ж наглость. - А вот этому чахлому сегодня что было нужно от тебя? – качнулась Бозена к зависшему на самом краешке табурета усмотрителю. И мужчина снова сник. Вот-вот и грохнется: - А он… а этот Лыч у нас лошадей и забирал. И сейчас сказал, чтоб я боялся и молчал. А я… - обвел нас всех глазами мужичок. – устал бояться. Я один тут добро государственное и стерегу. Остальные все разъехались по родинам. И жена моя с детьми у тещи теперь в Паркуте[3]. И меня зовет. А я… вот тут. - Та-ак, - поднялась я с дивана. – Мы поступим так… - и с прищуром глянула на замершего Габу… На утро следующего дня я тяжелым мыслительным путем пришла к двум выводам: ночевать в своем возу вполне себе допустимо (только лишь с вечера потеплее одеваться перед нырянием в постель) и загадывание «На новом месте приснись жених невесте» работает и в этом мире (но, небритый Боха – сомнительный жених). А потом я вспомнила про власть и занялась докладами от самых важных своих подопечных: Игнас: «Жалование за невыплаченный срок я господину Габе выдал. И место ему в нашем обозе уже определил. Паркуту мы проезжать будем к обеду, там его и ссадим. И да, он оставил адрес своей тещи для высылки Приказа о возвращении на службу. Будет ждать». |