Книга Трусливая Я и решительный Боха, страница 47 – Елена Саринова

Парень поднял поначалу отстраненное свое лицо от записей в блокноте:

- А-а. Так это…

- Твои любимые пирожки с вареньем. И ты с этими пирожками рассекал до книжного шкафа и обратно.

- Но, Дарья Владиславовна, как?

- Догадалась об этом? – хмыкнула я, косясь на начавшую, наконец, прислушиваться к нам Бозену. – Тайна!

- Или клякса от варенья на стене правее дверцы шкафа.

Очухалась! Какая радость!

- Сие есть дедуктивный метод исследования. А по-простому, причинно-следственные связи.

- А вы меня с этим методом ознакомите? – в предвкушении еще одной научно-халявной лекции открыл мой помощник рот.

- Конечно, - вместо меня, разворачиваясь к столу, обрадовала его государева сестра. – Но после того лишь, как я, в конце концов, узнаю, что было в той «Кухарне».

Нда… И в третий круг по цирковой арене. К тому ж рассказывать особо было нечего: господин Матус изъявил желание прокатиться по стране со сбором денег на поход, а я объяснила ему, со старанием кося под дуру, что так нельзя. Нет у нас полномочий от Государя на это дело. Хоть и хорошее. Да кто же спорит? И нам бы со своим хорошим разобраться. И вот тогда под «хмык» господина казначея Игнас и перечислил цифры из «Отчета по выплате штрафов за ношение неподобающих одежд». Какое ж досадливое удивление старика настигло, когда единственным не выплатившим оказался он сам. Ну…мы не стали время тратить важное казначейское, уточняя, что в самом начале сбора был показательный арест за показательный отказ, а один из штрафников договорился компенсировать всю сумму тягловыми лошадьми с повозками. Зачем? Господин Матус и так сверх меры новостями впечатлился. Что же касается нашей совместной с ним поездки по стране, то тут уж уступить пришлось. От части!

- А напомни-ка мне, что я просила записать тебя вчера в блокнот.

- Когда мы, отпивши чаю, собирались уходить из заведения? – листая серые странички, уточнил мужчина. Потом на миг затих, водя по найденной задорными своими карими глазами. – «Узоры». «На вынос» и «Акне». И вы, конечно, объясните всё это, Дарья Владиславовна?

- Конечно, - покусывая нижнюю губу, протянула я. – Замковые окна на праздник мы разрисуем кашицей из толченого в пудру мела. Я так в детстве делала, только…да, не важно. «На вынос». Это надо думать, потому что отсутствие общепита и систем доставок в стране не есть показатель ее цивилизованности. К тому же, если на это дело наложить госмонополию и раздавать патенты… В общем, надо думать.

- А «акне»? – уточнила заинтересованно Бозена.

Я, словив на себе два нетерпеливых взгляда, злорадно хмыкнула:

- В переводе с одного неместного и мертвого давно уж языка «Прыщи». И-и погодите! Я все объясню, - и вопреки своим собственным словам, молча встала, отошла к окну, собираясь с мыслями… - Я все ж поеду. Ненадолго.

- Куда?

- По стране?

- Нет, не по стране, Игнас. Про полномочия сущая правда. Я помню текст Указа Государя в отношении себя, да и у господина главного казначея нет права от Него же на внеплановый сбор денег. Но, мне нужно ехать. Во-первых, чтобы самой поговорить с бывшим управлеем Государевых личных земель, ведь без него мы весной утонем в собственной некомпетентности.

- Разумно, - кивнула, встав рядом у окна, Бозена. – И ехать надо срочно, до начала посевных работ. А в чем еще причина?