Онлайн книга «Нарисую себе сына»
|
— Угу… Значит, будем считать, что вы это сделаете исключительно для него. — Что именно, Ваша светлость? — замерли теперь все трое сидящих в маленькой тюремной комнатке мужчин. — Напишете признание на имя главы клана бенанданти. Сэр Корнеил, кто там сейчас у них? — Архиепископ Иоанн, — глухо откликнулся адвокат. — Вот именно на него. И сразу после оправдательного судебного приговора это письмо попадет к адресату. Вы же в это время будете уже очень далеко. Вам Ладмения, мессир Неро, нравится? — старик растерянно кивнул. — А то, возвращать вас обратно на Зили… а потом вам самому снова нанимать кого-то до Ньюпвана. — Ваша светлость, Ладмения — самое то. У меня там дальние родственники в центральных землях. — Вот и отлично, мессир Неро. Дело осталось лишь за малым — вас оправдать. Но, здесь… — скосилась я на усмехающегося сэра Корнеила. — я спокойна. Так ведь, мессиры? — Ваша светлость, сделаю все, что смогу, — поджал пухлые губы Маттео. — Спасибо,сэр адвокат. А про вашего начальника мой покойный муж вообще говорил: «Он один стоит половины всего Королевского суда». Кстати, когда этот суд? — Через две с половиной недели… — Хо-рошо, — и бежать отсюда. Подальше. Под теплое солнце августа и туда, где нет отсыревших каменных стен. — А что будем делать с самим «пострадавшим»? — «половина всего Королевского суда» нагнала меня уже в узком длинном коридоре. — Донна Зоя? — Надо сказать… Сэр Корнеил, как думаете: почему он такое сделал? — Выкрал у собственного хозяина сей артефакт? Вананду? — прищурился перед собой адвокат. — А кто его знает? На фанатика накейо он не похож. Магии древней в нем — нуль. Его проверяли. Может, личное? Говорят, глава рода Форче еще тот был… — скосился на меня мужчина. — Угу. Говорят… Сэр Корнеил, только вы, пожалуйста, сами мессиру Виторио сообщите. — Сделаю, донна Зоя. А вы… — А я обязательно приеду на суд… Вот насчет «приеду» у нас и вышел дома скандал. Ну, не так, чтобы скандал. В общем: — Я все равно туда завтра поеду. — Поедет она, — Люса, вся красная от пыхтенья, выдула носом пар. — А то, что Мимоза эта блудливая до сих пор по стране лазит? — О-о, не «Мимоза» она, а Роза. Соттола, — собирая дорожный ридикюль, выдернула я из подружкиных рук собственную ночную сорочку. — Ну и пусть пока лазит. — Зой, а может хоть… — Вот Малая в Королевском суде не хватало. — Ведь и Арс, как назло уехал. — Угу, — пристально глянула я на местный «поникший цветок». — Марит, вот только… — Ой, ну, надо же. Я — взрослая и это… полузрелая. — Половозрелая, — вздохнув, пихнула я в раззявленную ридикюльную пасть сорочку. — Ты вместе с Дахи, что ли, эти книжки читаешь?.. Марит, Арса я люблю, но, он — бродяга и… — Контрабандист? — даже с надеждой уточнила та. — Нет! Он мне пообещал. — А-а… — ну да-а — это ж так «романтично», хобья сила. — Дочка, а почему ты, прости Господи, этим магическим подвалом не хочешь? И тогда б ночевать в столице не пришлось. — А ты почему? — Ну так… — И я также, примерно. У меня озноб от него. Я пробовала. А ощущение… бр-р, — и даже сейчас, скривясь, передернулась. А кому приятно, когда, будто кислотные пузырьки вокруг лопаются и все тело от этого… — о-ой… Я лучше простым способом. В два дня обернусь. Так что…ну, вы сами у меня — девочки взрослые и Спо на вас можно оставить. Да ведь, мой задумчивый друг? — малыш в ответ мигом отмер, обозначив свое согласие гороховой погремушкой матери в лоб. Нянька его не замедлила придать действу иной смысл: |