Книга Евсения. Лесными тропками, страница 68 – Елена Саринова

- Ну и злыдня ты, Евся, - страдальчески вздохнул тот, дернув у меня из руки расческу... И как же хорошо мы теперь заживем...

- Доброе утро, Евсе-ния, - застыл от такого зрелища на пороге Стах. А надо было еще спать.

- Доброе утро, Стах... и это тебе не снится, - на всякий случай, уточнила я.

- Что, "не снится"? - боком спустился тот с крыльца.

- Рогатый бес, плетущий мне косы... Ай, Тишок!.. Да, можешь и с ним тоже поздороваться. Он у нас - говорящий. Иногда - не в меру. Если, ты и это не помнишь.

- Да все я помню, - стараясь вообщена нас не смотреть, бросил мужчина в сторону. - Кстати, где-то тут у вас... озеро было. Пойду ко я... проснусь, - и, не оглядываясь, пошел в правильном направлении... под наше с бесом хихиканье.

- Евся, а знаешь, что я про ночное думаю? - дождавшись, когда голая мужская спина исчезнет за кустами ольхи, сокровенно поведал Тишок. - Он, ведь, действительно, сразу понял, что я - морок и все ж беспрекословно за мной пошел со своим ножом в рукаве. И привязать себя почти дал - подыграл волхву.

- И что сии игры означают? - сузила я глаза.

- Да то, что ему, я думаю, уже потом, когда ты пришла, нужно было удостовериться. Вот и ждал до последнего.

- В чем удостовериться то?

- В твоей к нему... передом... предом... пред-расположенности, вот.

- А-а, что я к нему "не тылом"? Ты чушь то не неси. Кто ж ради этого рисковать так будет? Расскажи мне лучше, как в волховецкую кабалу попал? Батюшка Угост на тебя капкан в чужом курятнике поставил?

- Да нет, - глубоко вздохнул бесенок. - Он меня в кости выиграл у моего старого господина. У мельника из Монжи, что в тринадцати милях отсюда.

- А к мельнику как? - открыла я рот на такую яркую бесовскую судьбу.

- Рогами об косяк... Евся, что, больше и поговорить не о чем двум друзьям?

- Да от чего ж? Есть у меня еще один к тебе вопрос. Как к другу, - уточнила многозначительно. - Да, боюсь, он тебе и сейчас не понравится, потому что... Тишок... Ты где? Вот ведь...

- Евся, здравствуй. Я попрощаться с тобой заехала, - а вот это уже совсем "небывалое доселе зрелище" - моя дорогая подруга, одетая по парадно-дорожному, и рядом с ней Хран, не выспавшийся и небритый.

- Здравствуй-те, - подскочила я с крыльца. - А-а...

- Евсения, да вы меня извините, - устало хмыкнул, видя мою растерянность мужчина. - Мне Стах нужен. И я почему-то уверен, что он должен быть... где-то здесь, - с прищуром огляделся он по сторонам. - И меня Хран зовут. Я его друг. Так он...

- На озере, - кивнув, выпалила я. - Это там.

- Спасибо, - тут же отбыл он в сторону берега... Ну и дела. А, кстати...

- Любоня, - вернулась я взглядом к подруге, попутно собирая мысли в кучу. - Ты чего там пролепетала? Что за прощанье такое? А ну пошли в дом...

Да, конечно, поводдля "прощанья" был глубоко уважительным. Хотя, не настолько, чтоб рискнуть этой трусихе тащиться одной в наш заповедный лес. И если бы не Хран, встреченный ею уже у весевых ворот с вопросом: "Как проехать... и так далее", то, я бы ее скуксившуюся мордашку вообще никогда больше в жизни не лицезрела. И дело здесь не в высоте жениховского каменного забора, а совсем в другом - подруга моя решилась самолично бежать от "злодейской судьбы". Правда, не совсем уж "бежать", а ехать по точному адресу к своей тетке в Медянск[26], на другой конец страны, но, все ж, от "злодейской судьбы". И с благословения матушки, которое к сестринскому адресу прилагалось. Ну что тут скажешь? Мудрое решение. Но, я, все ж, задала свой глупый вопрос: