Книга Дневник беременной или Лучшее средство никого не убить, страница 55 – Елена Саринова

- Я пожалею? - уточнила Стэнка.

Ей в ответ кивнули:

- О-очень сильно... Слазь. Мы приехали.

Стэнка обернулась, в тумане гнева не признав свой дом. И спрыгнула с коляски, чуть успев схватить корзину. А господин Новик, понукая лошадь, умчался прочь...

Ох, что ж она наделала? Ведь зарекалась держать себя в руках с такими вот людьми. Недоброе предчувствие змеей закралось в грудь, обвило ибольно сжало сердце. Что ж она наделала? И стало, вдруг, тоскливо безнадежно, как в тот день, когда вернулась из лесу к родному пепелищу. Стэнка вновь обвела глазами дом: стоит. Молчит. Лишь окнами глядит, как будто бы с укором.

- За что? За что мне это? Разве я виновата, что родилась такой? - спросила Стэнка свои окна... "Виновата", - ответили они: "Но не за дар, за выбор. Он - тебе по силам". И девушка, взвыв в голос, побежала в свой дом, но, бросив корзину у крыльца, вдруг, оказалась в сарае с сеном. Упала в него и заревела. Громко, с душой. - Мама, матушка моя! Прости! Прости, отец! Макарка, и ты тоже!.. И ты, мой суженый! О-о-о!..

- Стэнка?!.. Стэнка, ты где?! - услышав этот голос, Стэнка замерла и села, подскочив. Прихлопнула ко рту ладонь. Зов повторился уже ближе, дверь с шумом распахнулась, ослепив ее лучом. Мужчина в дверном проеме охнул, в два шага оказавшись перед ней. - Что произошло? Он тебя...

- Не-ет, - мотая головой, в ладошку промычала та. - Нет.

Святой отец вмиг рухнул на колени и, подхватив, прижал Стэнку к себе.

Она в его объятьях стихла, лишь всхлипывать решаясь.

- Ты глупая, - баюкал он ее. - Какая же ты глупая. И почему не рассказала мне про тот ваш разговор с сестрой Ружаной?.. Почему? И пряталась? В лес убегала? Девочка моя... Ведь расскажи ты раньше...

- И что? - выдохнула Стэнка в мужскую грудь.

- Я б рассказал тебе о травнице, что выходила меня в монастыре. Она всю жизнь там прожила и говорила: "Каждую травку благословил Господь: "Я дал вам всякую траву, сеющую семя, какая есть на всей земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя. Вам сие будет в пищу". В пищу, значит, в пользу, на здоровье". Так она говорила. А ты...

- А я...

- Девочка моя, решила за двоих. Кого пыталась обмануть? Себя? Меня иль Бога?

- Я испугалась, - прошептала Стэнка.

- Чего? - сжал он руками девичье лицо. - Чего ты испугалась?

- Не тогда, сейчас. Я испугалась, какой бы стала, если бы не ты. Могла бы стать.

- Дар, он как нож. И только нам решать: резать им хлеб иль убивать.

- И это тебе травница сказала?

- Нет, - засмеялся Святой отец. - Сам своим умом дошел. И я еще тебе сказать хочу.

- Так говори.

Мужчина пальцами мазнул по мокрым стэнкиным щекам:

- Когда на празднике тебя пихнули вкруг, я растерялся, хоть и молился увидеть вновь. А потом решил: "Поймаю - будет моей".

- Я то видала, знаю, - улыбнулась Стэнка. - Мне было видение, но позже, когда стояла на камне, где мы с тобой и познакомились. Но, я не поверила. А ты...

- А я... - подул он ей в глаза. Стэнка зажмурилась, почувствовав на веках поцелуи. Они покрыли все ее лицо, обдав дыханьем губы. Лишь на миг. Последний миг перед паденьем или взлетом. И... утонула, не дыша. Вся растворилась в суженом.

Он же отпрянул, заглядывая ей в глаза, будто ища ответа. А что она могла?

- Я буду лучшей матушкой на свете. Клянусь.

Мужчина засмеялся: