Книга Попаданка. Комедия с бытовым огоньком, страница 56 – Елена Саринова

— Вы так спешите, Ваше высокородие? — надо мной злорадно сузили глаза.

— Я-я⁈ — изумилась я не меньше, чем недавно сам граф Туров. — Но… находиться здесь смысла более не вижу.

— Похвальное стремление! — однако, не дав себя обойти, шагнули вбок. — Вы, как лицо приезжее, видно, не знаете, что здесь, на этом озере и в этом доме с недавних пор небезопасно.

— И чем сие выражается? — вздернув подбородок, едко уточнила я.

Мужчина с явной досадой на тупость некоторых криво усмехнулся:

— Трое утонувших в Щучьем и один пропавший рядом. Это за последние полгода. И так еще по всяким мелочам: кто-то что-то постоянно слышит, от чего-то здесь бежит. Я со своими людьми патрулирую озеро и свой прибрежный лес, начиная с ледосхода.И вам здесь делать нечего, Ваше высокородие. Тем более, на чужой земле.

О! Я поняла — мы армейским галопом доскакали до апофеоза! Ну что ж, тогда к чертям весь этот этикет!

— Дом рыбака — моя исконная земля.

— Да что вы? — снова пораженно взвились брови.

— Генеральное межевание! В середине прошлого века оно поделило и описало все имперские земли, исключая лишь Сибирь. В волостной межевой конторе в Карачарове хранится полный местный Атлас. В нем есть и Турово, и Верховцы. А также всесторонняя характеристика земель. И еще рек, озер и мелких водоемов. Так вот… — с назидательным интересом взглянула я на графа снизу вверх. — Щучье озеро, точнее, моя его часть, в квадратных верстах с середины девятнадцатого века составляет неизменную величину. Она не зависит от засухи, грунтовых наносов или разлива по весне. И если есть вопросы… — подняла я брови. — Милости прошу в межевую местную контору! Там справки и разъяснения очень дельные дают.

— Значит, «генеральная межа»… — в глазах стальных мужских, мне показалось, промелькнуло смысловое понимание, однако уже в следующий момент он снова, вдруг нахмурился. — И раз дом этот ваш до сей поры… — холодный взгляд в сырую темень за моим плечом. — то вам проблему и решать.

— И каким же образом? — а правда, жутко интересно!

Граф Туров хмыкнул, неожиданно качнувшись надо мной:

— Самым простым — элементарным его сносом. Могу посодействовать людьми и…

— Нет!

— Не-ет? — выдавил мужчина. — Ваше высокородие, здесь творятся непонятные дела. Скрипят полы, в окнах по ночам мелькает свет.

О, да! И я уверена, последние трое суток в этом доме уже совершенно тихо и спокойно!

— Нет. Я найду другое решение этого вопроса.

— Вы так уверены в себе? — со вновь нарастающей досадой отозвался граф. — И, кстати, что вы здесь во второй уже раз забыли? Неужто столичным «замужним дамам», так ценящим великосветский этикет, ни днем, ни ночью, — выделили гневно. — больше некуда гулять⁈ Лишь только в это, самое ненор-рмальное на всю округу место⁈.. Калистрат⁈ Где тебя черти носят⁈ И что ты сам забыл с утра на этом берегу⁈ И, Ваше высокородие! — он так постепенно распалился, что только пламенем в итоге не пылал. — Калистрат Рыбалкин, мой бывший армейский денщик, а нынче личный секретарь, как лицо официальное по этикету вполнеправомочен вам меня представить! Так что давайте покончим с этим, и ко всем уже чертям! Калистр-рат⁈..

То, что произошло у самого подножия крыльца через несколько секунд, стало внезапным потрясением, несомненно, нам обоим. Калистрат Рыбалкин, «официальный», «правомочный», и т. д., и т. п., весь мокрый с ног до рыжей головы, и обляпанный мелкими чешуйками озерной тины, словно подкошенный упал на колени в аккурат передо мной: