Книга В болезни и здравии, Дракон, страница 4 – Хель Сорго

Я отступила ещё на шаг, чувствуя, как замерла девочка, носиком уткнувшись мне в шею и задышав часто и отрывисто.

— Что-то не похоже, чтобы она была этому рада…

Он неопределённо, как-то лениво повёл плечом.

— Ты ошибаешься. Без меня девочка давно оказалась бы на улице и погибла. До города отсюда два дня пешком, по тропам через лес. Приближается зима, время туманов, заблудиться очень легко.

— Я ничего не понимаю, — отступила вновь и лопатками вжалась в холодную каменную стену.

— Девочка безумна, — эхо разнесло голос Ранэля по коридорам, — осталась без матери. Та работала здесь судомойкой, но подхватила чахотку и скончалась пару месяцев назад. Лора тяжело переживала это. И, видимо, чтобы справиться с потрясением, выдумала, будто лорд Люциар — её отец.

— Почему же вы не пускаете её к нему?

Ранэль скорбно опустил глаза и сцепил пальцы в замок.

— Ни так давно лорд лишился своей жены и дочери. Ни к чему ему бередить раны. Он болен, находится при смерти. При этом всё ещё опасен. Пойдёмте…

И он обходительно повёл рукой, слегка касаясь ладонью моего плеча, заставив этим малышку встрепенуться и уткнуться в меня личиком уже с другой стороны, подальше от него.

Я подчинилась, последовала с ним к винтовой лестнице. Едва не касаясь плечом каменных стен, старалась не споткнуться и шагала по узким и высоким ступеням, по которым, опережая нас, плясал свет от будто керосиновой лампы, зажжённой Раэлем.

И когда мы оказалисьв просторном холле на первом этаже, я немного расслабилась, ощутив волну тепла от большого, в человеческий рост, камина, в котором полыхали и убаюкивающе потрескивали крупные уголья.

— Ты, верно, устала с дороги, — указав мне на уютные кресла у огня, произнёс Ранэль и потянулся к ребёнку.

Я поспешила прикрыть Лору собой.

— Она вас боится…

— Она боится всех, — протянул мужчина, но настаивать не стал.

Мы сели у огня. Веки мои вновь начали слипаться, но я держалась изо всех сил.

— Не расскажешь, Аделин, откуда ты и что произошло?

Я взглянула на него задумчиво.

Тени и багровые блики плясали на его лице и строгой одежде, похожей на военную форму. Взгляд его внимательно меня изучал, так, что скулы мои вдруг предательски вспыхнули. В остальном опасным или враждебным Ранэль мне больше не казался. Если бы не реакция малышки на него, может я бы даже успокоилась.

— Мы ведь, — когда молчание затянулось, попытался он меня подбодрить, — всё равно знаем, кто ты. Не бойся, расскажи.

— Чтобы точно всё подтвердить, и вы меня продали? — насторожилась я.

Он рассмеялся, негромко и мягко, хотя и от этого смеха девочка с новой силой начала ко мне жаться.

Я успокаивающе погладила её по спинке.

— Ох, нет, Аделин, — покачал Ранэль головой, — ты, если слышала что-то от прислуги, выбрось из головы! Всё и все, кто находится в этом замке, попадают под ответственность и власть лорда. Без его ведома с тобой ничто не случиться.

Я ему не доверяла. Однако один вопрос, самый важный, всё же вертелся на языке и терзал мою душу:

— Думаете, я смогу вернуться домой? Люциар сказал, чтобы днём я уходила. Но даже намёка не сделал, что могу вернуться… обратно.

Говорить — «в свой мир», было жутко. Я ещё не готова принять до конца, что со мной произошло нечто настолько невероятное, хотя уже понимала, что точно нахожусь не во сне.