Книга Порочное трио для сводной, страница 65 – Полина Амор

Я не догадываюсь, что это значит и просто засыпаю.

* * *

Мы вылетаем с Максом в мой родной город первым рейсом. Макс берет каршеринг и на арендованной красной машине мы доезжаем сразу же до больницы. Купленные Максом врачи мгновенно пускают нас в выделенную для мамы палату.

Как только я вижу спящую маму, тут же теряюсь.

— Что мне делать? — спрашиваю, я шепотом.

— Она в коме! — заявляет усатый седой мужчина, вбегая в палату. По пути он натягивает на себя белый халат. Выдыхает и пожимает руку Максу и я понимаю, что это именно тот доктор, которого Макс вызвал среди ночи наблюдать за состоянием мамы.

— А причина? — отвлекаю его я от подобострастия перед Максом.

— Мы не знаем. всепоказатели в норме, она просто… просто спит. Единственное, что, судя по показателям мозга и в целом по ее реакциям, понятно, что видит она кошмары. Она будто в постоянном жестком нервном напряжении.

— Это магия страха, точно Сет, — шепчет мне на ухо Макс и обращается к доктору. — Пожалуйста, оставьте нас вдвоем здесь.

— Хорошо, если что мы рядом, — он снова кивает быстро, как китайский болванчик, и уходит.

— Ну что? — начинает Макс, когда врач уходит. — Думаю, магия не смертельна, но неприятна. Так что чем раньше мы вытащим, тем лучше. Доставай артефакты.

То, из-за чего нам пришлось лететь бизнес-классом еще и через вип чтобы таможня не обыскивала. Семь древних артефактов — маленькие статуэтки, или сосуды с животными и египетской символикой в моем маленьком рюкзачке.

— И что теперь делать? — говорю я, разложив статуэтки на полу.

— Так. Ты пока не прошла полную инициацию, пока мы не заключили договор с Хатхор, поэтому энергию ты не можешь видеть. Но ты все равно можешь её чувствовать и направлять… — начинает Макс, но я перебиваю.

— Может быть, это все-таки сделаешь ты? Ну зачем тратить время на мое обучение сейчас?

— Тебе будет легче, чем мне, — кивает он.

— Но почему?

— Потому что ты её любишь. Тебе нужно всего-лишь, преобразовать энергию из артефактов в твою любовь к ней. Здесь нет ничего сложного, тебе нужно просто захотеть и раскрыть всю свою любовь к ней.

— А если ее нет?

— То есть?

— Ну я вам не говорила, но вообще то у нас не очень хорошие отношения. У меня нет к ней любви.

— И поэтому ты рвалась сюда среди ночи? — хмыкает Макс. — Хочешь не хочешь, а ты любишь её. Поэтому отставить панические настроения и работать.

— Какой командир, — хмыкаю я.

— Иначе и нельзя с тобой. Давай.

Я беру в руку одной из статуэток, похожую на маленькую синюю птичку.

— Для удобства возьми её за руку. Будешь проводником энергии, — говорит Макс.

Качаю головой. Совершенно не уверена в том, что получится. Все же беру ее за руку.

— Представь энергию цвета сгущенки, такая бело-желто молочная. Так выглядит энергия жизни. Представь, как она течет через тебя к ней. Не злись на неё сейчас, не думай о плохом. Только о хорошем. Ты должна искренне хотеть ей восстановления.

Снова качаю головой, но все-таки делаю, как он говорит.Представить светлое облако вокруг статуэтки оказывается совершенно нетрудно. А вот вообразить, что она идет через мои руки — сложнее. Картинка как-то будто не клеится.

— Не пытайся сосредоточиться на образе сосредоточься только на любви, — советует Макс.

— Не получается.

— Пробуй, — только и отвечает он.

Ладно. Я отбрасываю любое воображение. Я закрываю глаза и сосредотачиваюсь только на том, что хочу, чтобы мама исцелилась. Приходит простая мысль: а зачем я должна держать артефакт, и быть проводником? Я беру ее руку и вкладываю статуэтку в неё. Оглядываюсь на Макса, но тот внимательно наблюдает и молчит.