Книга Одержимость Анны. Разбитые грезы, страница 56 – Макс Берман

Черные щупальца, исходящие от его тела, медленно извивались, словно живые змеи, готовые в любой момент наброситься на жертву.

– Ему даже не пришлось тебя искать, – с трудом сказала маленькая заложница, не пытаясь сопротивляться крепким объятиям темной сущности, – просто ты до сих пор к нему эмоционально привязана. Для него эта привязанность – словно яркий след для собаки-ищейки.

Ее детский голос звучал удивительно мудро для такого юного возраста, но в нем чувствовалась глубокая печаль.

– Умная девочка, – посмеялся Марк, его смех напоминал карканье вороны, – а вот ты нет. – Он наклонил голову в сторону взрослой Анны, и капли какой-то темной жидкости упали на белый кафель пола.

– Не смей так со мной разговаривать! – Анна резко показала на гнилую фигуру указательным пальцем, ее рука дрожала от переполняющих эмоций.

– С кем именно? – Мужчина в своем истинном отвратительном обличье не переставал ехидно смеяться, обнажая почерневшие зубы. – Тут вы обе и одно целое, и раздельные личности – я просто запутался. – Его белые бесчувственные глаза сверкали злобным весельем.

Анна вдумчиво смотрела в эти пустые, мертвые глаза «гнилого» Марка и лихорадочно пыталась понять, что ей предпринять в этой безвыходной ситуации. Воздух в ванной комнате стал густым и тяжелым, словно перед грозой. Она определенно не чувствовала той всепоглощающей страсти, что ранее, но Анна была предельно честна с собой: где-то глубоко внутри, в самых потаенных уголках души, она все еще была эмоционально привязана к нему, несмотря ни на что. Ей всего лишь нужно передать письмо своей юной версии, чтобы окончательно исцелиться, но как это сделать в данных обстоятельствах?

– Что тебе нужно? – спросила взрослая Анна, стараясь сохранить хотя бы видимость спокойствия.

– Угадай, – ответил Марк, растягивая слова с садистским удовольствием. – Чтобы ты вернулась обратно ко мне. Давай же, Анна, ведь ты об этом так страстно мечтала долгие месяцы. Я столько придумал интересного для своей одной-единственной преданной зрительницы. Да и твой прекрасный двойник очень скучает по тебе. Его голос становился все более вкрадчивым и отвратительным.

– Нет уж. – Девушка решительно покачала головой, собирая всю свою волю в кулак. – Я хочу быть свободна от тебя и этого проклятого мира. Я хочу помочь себе и тебе проснуться и вернуться к нормальной жизни.

– Прости, но это в мои планы категорически не входит. – Темная фигура сильнее сжала хрупкое тело девочки, и та болезненно вскрикнула. – Ты попала в идеальный замкнутый круг: ты не избавишься от меня, пока не отдашь ей свое письмо, но и письмо ты ей не отдашь, пока не избавишься от меня. Ты окончательно проиграла. Давай обойдемся по-быстрому: я великодушно отпускаю твою маленькую часть, и мы немедленно покидаем это место. А если нет…

Мгновенно перед испуганным маленьким ребенком словно из ниоткуда материализовался отец Анны, находящийся в состоянии мучительной агонии, пытающийся дрожащей рукой протянуться к своей любимой дочери. Его лицо было искажено болью, глаза умоляюще смотрели на девочку.

– А-а-а-а-а! – пронзительно закричала маленькая девочка, ее крик эхом отразился от кафельных стен.

Анна не выдержала этого ужасающего зрелища и тяжело упала на холодные колени, после чего стала горько плакать и неконтролируемо дрожать всем телом, вспоминая самое травмирующее воспоминание своего детства. Слезы текли по ее щекам горячими ручейками.