Книга Искупление злодейки 2, страница 69 – Кира Иствуд

Мы целовались долго, Дейвар ласкал меня везде, а после укутал в свой плащ. Я утомлённо закрыла глаза, прижавшись к его мощной мужской груди.

В помещении потрескивал огонь, снаружи завывала вьюга. До нас донёсся далёкий волчий вой. Открыв веки, я взглянула на черноту за окном и вдруг подумала, что тёмное лицо в этот раз не появляется во сне.

Значит ли это, что в будущем оно оставило меня в покое? Или случилось нечто, что его прогнало?

… интересно, как скоро меня разбудит Янтар?

Мысли бродили.

– Элиза, – вдруг позвал Дейвар и замолчал, будто подбирая слова, – ты… вспомнила о том, что было до? В Обители?

– Всё как в тумане… Но… там ведь всё в порядке? Ты говорил, что сражения не было.

Арх ответил не сразу. Его молчание затянулось, стало тяжёлым, давящим. Оно заставило меня встревоженно приподняться и вглядеться в застывшее лицо Дейвара.

– Не было… – наконец, глухо выдохнул он. – Но… Я думаю, мы, возможно, ошиблись.

– В чём?

– В знамении. Во всём. – Взгляд арха был такой же тёмный и ледяной, как ночь за окном хижины. – Что, если оно было ложным? Что, если в Обители никогда не было ведьмы? Что, если проклятие невозможно снять одной единственной смертью? Что… если изначально это было ложным следом? И единственный способ спасти тех, кто ещё не заражён – это уйти с ледяных земель навсегда. Отрезать их, как гнилой палец. Бросить все силы на прорыв через границу и оставить мысль, что заражённые смогут когда-то вернуться к нормальной жизни. Снова обрести разум.

Он говорил это ровным пустым голосом, закоторым пряталась ревущая боль. Я видела её так же ясно, будто смотрела на огонь, пожирающий поленья.

– Кто из твоих родных… стал осквернённым? – осторожно спросила я.

– Мать. А теперь… брат. Несколько друзей. На самом деле почти все, кого я знал с детства… Нет уверенности, что они ещё живы, но… Целые семьи. Десятки тысяч ирбисов. Сотни волков. И другие оборотни. Они бродят сейчас по ледяным лесам, не помня себя. Я стал архом и отвечаю за эту землю. Но ничего не могу для них сделать. Ничего…

– Дейвар, – я взяла его за руку и сказала с твёрдостью, которой сама от себя не ожидала, – ты обязательно найдёшь решение. Я знаю это! И я тебе помогу. Всеми силами, что у меня есть.

– Элиза… Это не твоя война. Тебе не стоит так…

– Разве я не живу в этом мире? – горячо перебила я. – Разве я теперь не с тобой?

Дейвар обежал взглядом моё лицо… и уголки его губ дрогнули в немного вымученной улыбке.

– Ты права, пташка.

И вдруг в голове раздался знакомый хриплый смех.

“Глупая, глупая Лиззи… ”– прозвучали в глубине моего сознания шипящие ядовитые слова.

Я дёрнулась, инстинктивно посмотрев по сторонам, вгляделась в углы хижины, в тени за печью. Чёрное лицо здесь?! Где оно?!

“Я привела их, чтобы ты увидела правду. Ту, что ты отрицаешь. И чтобы ты узрела, чего стоят слова мужчины”.

“Привела кого?!” – мысленно крикнула я.

И тут Дейвар резко выпрямился. Его плечи окаменели. Он смотрел в заледеневшее окно – в непроглядную тьму за ним.

– Собирайся, Элиза, – его голос был резким. Со сталью приказа.

Я не успела ничего спросить, как ирбис уже поднялся. Бросил мне мою одежду.

– Быстрее! – прорычал он.

И тут что-то тяжёлое с грохотом ударило в запертую дверь. Снаружи раздался дикий, протяжный звериный рык… а потом и заунывный тоскливый вой, пробирающий до костей – такой громкий, что его никак не могло издать одно существо.