Книга Музейное чудовище, или Я - не ведьма!, страница 15 – Полина Миронова

— Ой... — вздохнула я. — Мне тут голоса мерещатся... Я пришла... — начала было я, но вдруг передумала просить закипятить чайник. Что-то в этой красавице меня насторожило. Не настоящая она какая-то. Быстро вытащив музейный чайник из пакета, пробормотала:

— Извините, Го… Константин... э-э... — замычала я, судорожно вспоминая отчество Горыныча. — Константин Иванович приносил мне утром пирог. Вот, возвращаю посуду.

Лицо девушки моментально расплылось в улыбке:

— Ах, Константин Иванович! Он говорил, что вы зайдёте. — Она ловко подхватила пакет и взяла меня под руку. — Ну что стоите? Проходите!

Я покорно зашагала рядом, мысленно косясь по сторонам. Что это были за галлюцинации перед воротами? Может, перегрелась на солнце, тепловой удар? Хотя солнца давно не было, а в воздухе повеяло ночной прохладой. Я поёжилась, потирая замерзшие плечи.

— Озябли? — участливо спросила девушка. — Сейчас вас чайком согреем!

Она распахнула дверь сторожки, скрытой за раскидистым кустом сирени. Мои пальцы машинально потянулись к засохшим соцветиям, но девушка строго покачала головой:

— Не надо! Константин Иванович не любит, когда в парке пакостят.

Пакостят? Озябли? Удивилась я. Ей ведь по виду лет восемнадцать, как и мне. Вее речи слишком гармонично промелькивали устаревшие слова. Интересно, что за организация здесь расположена?

Внутри сторожки было очень уютно: деревянные стены украшали пучки сухих трав, на столе красовался букет ромашек. Девушка понюхала цветы и повернулась ко мне:

— Я, кстати, Анфиса Яновна. — Протянула руку она.

— Марина, — робко ответила я, пожимая холодные пальцы.

Как все официально. Надо же, Анфиса Яновна! Я улыбнулась.

— Проходите, присаживайтесь! — крикнула она уже из дальней части сторожки, которая пряталась за цветной шторой.

Мой взгляд упал на дальний темный угол.

— Ой, у вас настоящая русская печь?! — восторженно пропищала я.

Всю жизнь любила русские печи с полатями, с горнилом — местом, где можно приготовить вкуснейшую пшенную кашу с изюмом. А как моя бабушка готовит в печи! М-м-м, пальчики оближешь! Жаль, что сейчас печи редкость.

— Да уж, — загремела посудой Анфиса Яновна, — зимой здесь зверски холодно. — Перебивая ее, громко зашумел чайник. Перекрикивая его, она сообщила: — А мне тут вареньице привезли из деревни. Сплошное объедение! — она громко причмокнула губами.

Я невольно улыбнулась. Почему эта девушка сначала показалась мне неприятной? Она оказалась очень милой, гостеприимной.

Осторожно поставив музейный чайник на уголок стола, я заикнулась:

— Я хотела ещё попросить... Можно закипятить воды? Я сегодня в музее дежурю.

— Вы в музее дежурите?! — Анфиса Яновна выглянула из-за шторы с вытаращенными глазами.

— Ну да... Все в отпусках, пришлось остаться. Я практику там прохожу.

— Страшно? — спросила она участливо и когда я кивнула, то она меня успокоила: — Да не волнуйтесь! Я не понимаю, зачем там вообще сторож нужен? — махнула рукой она. — Там наверняка хорошая защита стоит.

Я покорно кивнула, не решаясь признаться, что сигнализация отключена вместе с электричеством.

Чайник щёлкнул, закипев, и аромат зверобоя и душицы заполнил комнату. Как будто кусочек лета перенесся сюда. Я оглядела пучки трав на стенах.

— Вы сами всё это собираетесь?

— Конечно! — гордо подняла подбородок Анфиса Яновна, выходя к столу с подносом уставленным едой и стаканами с чаем. — Кому я доверю такое ответственное дело? Веками всё сама...