Книга Музейное чудовище, или Я - не ведьма!, страница 13 – Полина Миронова

— Тамара Витальевна?! — удивилась я вслух и рванула в толпу, расталкивая окружающих локтями.

Тамару Витальевну в толпе я так и не нашла. Цветастое платье мелькнуло в овощном отделе, но когда я прибежала туда, ее уже и след простыл. Как сквозь землю провалилась!

Расстроенная я поплелась на кассу. Уже по дороге в музей поняла, что забыла купить воду. Ну, ничего, попрошу Игоря Петровича включить ненадолго электричество. Вчера он вполне доброжелательно позволил мне согреть чайник.

Игоря Петровича я увидела на подходе к музею. Он уже ждал меня на крыльце переодетый в чистую одежду.

— О, вы уже собрались уходить? — спросила я удивленно, обещанные полтора часа быстро пролетели.

Вместо ответа он кивнул, ловко перепрыгнул низенький заборчик клумбы и так же молча скрылся за зданием музея. Его машина наверняка стояла там же, где и у Ильи.

— А чай? — закричала ему вдогонку, но он сделал вид, что не услышал.

Вот же гадство! Наверняка мог задержаться и как вчера дать мне согреть воды, но не стал. Обиделся он! Нехороший человек этот Игорь Петрович!

Я пнула ближайший камешек, вымещая накатившую злость, но вместо облегчения мизинец прострелило адской болью. Опять тот же палец! Я вскрикнула, попрыгала на одной ноге, рискуя свалиться в яму, и в ужасном настроении похромала в музей, который начала совершенно искренне ненавидеть.

В комнате отдыха ничего не поменялось. Меня ждал все тот же легкий беспорядок, который я сама и устроила. Со вздохом сложила грязную посуду на поднос, принесенный Горынычем. Пойду, помою что ли, пока окончательно не стемнело. И тут мне в голову пришла гениальная мысль: я же могу согреть чайник у соседей!

Я бросилась в туалет, зажгла оставленную там вчера свечку, быстро сполоснула чашки и поднос. Сложила чистую посуду в пакет и уже направилась к выходу, а потом подумала и прихватила музейный чайник. Так им будет сложнее отказать. Под «ними» мне почему-то представилась вредная старушка-вахтер, похожая на ту, которая сидела у нас в общежитии. Наша вахтерша мне бы точно ничего греть не позволила, только обругала бы и прочитала нотацию про экономию электроэнергии. Представив эту картину, я хмыкнула и, помахивая пакетом, пошла на штурм владений Горыныча.

Немного волнуясь, я вышла из музея и заперла дверь. Несколько раз дернула ручку, убеждаясь, что точно хорошо закрыла. Чем ближе я подходила к соседнемузданию, тем больше нервничала. Сердце бешено колотилось, как будто я шла не вскипятить чайник, а на свидание. Да что со мной такое?! Ну, подумаешь, Горыныч — симпатичный мужик! Трепетать теперь что ли, как впечатлительная барышня?! Я фыркнула, перескакивая канаву, которую до сих пор не зарыли, и с независимым видом подошла к кованой ограде, утопающей в зелени.

Дошла до ворот и удивленно застыла. Высокие, ажурные, сверху они были украшены кругляшками, похожими на солнце и… слабо светились в наступающих сумерках потусторонним желтовато-зеленым светом. Наверняка были покрашены флуоресцентной краской, но смотрелось жутковато, как в каком-то фильме ужасов.

И украшены ворота были необычно. Я пригляделась к выкованному рисунку и вдруг среди абстракций увидела коловраты, руны, стилизованную фигуру человека с крыльями. Моргнула — просто завитушки растительного орнамента. Чудеса!